Не знаю, как работает мой мозг, но к Ливаю я чувствовала что-то ещё до того, как он лежал в коме, а я, не без помощи, конечно, ухаживала за ним.
— Своенравная, — Ливай мягко усмехнулся. — Существует ли что-то, в чём я могу тебя убедить? Или мне заранее смиряться с поражением?
— Почему же, шансы есть. К примеру сказать, что голубое платье нравится тебе больше зелёного. А в вопросах смены мужа — нет, без шансов.
— А если ты прекрасна во всех платьях?
Ливай с нежностью посмотрел на меня. Резкие черты смягчила осторожная улыбка.
И мне невольно захотелось сравнить его со щенком. Да, у него есть зубы и в случае опасности он обернётся настоящим Цербером, но сейчас очень искренне показывает… преданность? Вижу, что ещё боится поверить, но ему приятно, что я с ним.
— Ляжешь со мной? — чуть слышно спросил Ливай, и я вспыхнула.
— В ванну хочу.
— Хорошо, — он не настаивал. — Попроси трав добавить. У нас есть. Плечи у тебя напряжённые. Могу размять, если с собой возьмёшь.
— Спасибо, но тебе нужно поесть и отдохнуть, — смутилась я.
Ливай не стал спорить и рассеянно погладил меня по плечу.
— Странный сон, — тихо сказал он, будто ни к кому не обращаясь.
— О чём ты, родной?
Ливай удивлённо посмотрел на меня, потом понял, что сказал вслух и пояснил:
— Пока был… там, сон видел. Что на столицу идёт кто-то похуже пожирателей, а мне не хватает сил с ним справиться. И тебя нет. Совсем.
— Но ведь я здесь.
— Теперь я это вижу, — Ливай крепко обнял меня.
Глава 27
То, что засыпать с мокрой головой ошибка, я вспомнила утром. По совету Ливая я спросила у служанки расслабляющие масла, и она притащила целый ящик. Показывала, давала понюхать, рассказывала, какие нравятся Ливаю, а от каких кожа становится шёлковой. Она всё рвалась заняться моими волосами, но мне было жутко неловко, отказалась."
"Девушка, как и большая часть жителей этого мира, была не слишком разговорчива, но я узнала, что слуги проникаются ко мне уважением. А ещё, что музыка рояля звучит на весь дом и всем нравится.
Мысленно прибавляю себе очков авторитета.
Проснулась я поздно. Птицы в саду закончили петь и разлетелись по делам. Выбравшись из-под одеяла, я сходила умыться и села у зеркала. Из него смотрело чудо с потрясающим гнездом на голове. Мда. Надо всё исправить, а то ещё примут за собирателя и всё.
Достала расчёску и осторожно, начиная с кончиков, стала распутывать это безобразие. Получалось не очень.
