Раз за разом устраивал праздник, слушал предположения, сколько выдержит очередная жена, и каждый раз прогнозы сбывались. Может и хорошо, что я не показывал храм Диане? Мне это место лишь несчастья приносило.
— Так, что мы будем делать? — заволновался Армандо. — Какой план?
— Поговорю с главным клириком. Скажу, что ты под моей защитой, — я спрыгнул на землю и отдал поводья мальчишке вместе с небольшим вознаграждением. — И потребую показать архив.
— Да. Хорошо. Давай.
Мы поднялись по сотне ступеней и прошли мимо высоких колонн, похожих на конечности пожирателей.
В главном зале полно народу даже в такое позднее время. В толпе особенно выделялись чёрные силуэты служителей в масках. Здесь нам делать нечего.
Лестницы, коридоры, два тайных прохода. Без Армандо я потерял бы ещё несколько часов. Путь закончился высокой тяжёлой дверью, высеченной из лунного камня. Внутри длинный коридор со сводчатым потолком. Поднявшись к небольшому балкону, я свернул направо и раскрыл тяжёлую обитую медью дверь.
На стенах танцевали тени масляных ламп.
Мебели мало, в центре огромный стол, за которым сидела худая женщина в белом мешковатом костюме. Её маску, лежащую на столе, украшали узоры.
Агнесс, верховный клирик, занималась документами. Оторвав от бумаг хмурый взгляд, она хмыкнула и снова сосредоточилась. Не знаю, сколько ей лет, но она одна из самых активных женщин, которых я знаю. После моей матери, конечно.
— Генерал, храни Свет твою душу, — с издёвкой и без намёка на уважение проскрипела она.
— Зачем пришёл?
— Покажи архив. Я расследую кражу, в которой ты обвиняешь Армандо, — я остановился перед столом, друг замер на пороге.
Женщина мазнула по служителю взглядом. Уверен, она поняла, кто скрывается под маской.
— Зачем? Ты солдат. И у тебя сейчас других проблем хватает. Кватрум зачистили, но пока стену не восстановят, твои родители останутся там. Если будут новые нападения… Даже не знаю, хватит ли нам Света пережить такие времена?
— Мне нужно осмотреть архив, — повторил я.
— Бумаги меня не интересуют, а вот лживые обвинения, я намерен развеять.
— Лживые ли? Бумаги мы нашли. У него дома.
Я изогнул бровь и сложил руки на груди.
— Вот как? И когда успели обыск совершить? А главное, почему не поставили в известность меня?
— Может потому, что это не твоё дело? Кражами занимается внутренняя полиция, а не тот, кто проводит с чудовищами больше времени, чем с людьми. — Агнесс убрала книгу и повернулась к нам. — Занимайся угрозами извне.
