Как я поняла, для всех вас эти нападения так же неожиданны, как для меня, — она уткнулась лицом в мою грудь. — Я не смогла разбудить Зака. Прости.
Вдохнув запах её волос, я погладил жену по плечам.
— Мы не всесильны. И поражений избежать не можем. У нас план, но плохо, что ты волнуешься.
— «Авось прорвёмся» — это не план.
— А если я пообещаю быть осторожным? — я позволил себе улыбнуться.
— Чтобы быть осторожным, надо взять с собой всю армию, но тогда ты никого не поймаешь, — Диана отстранилась и вздохнула.
Музыка выжала из неё все силы. — Хочешь шантаж? После сегодня у меня может появиться ребёнок. Помни об этом, когда будешь решать, рисковать жизнью или нет.
Усмехнувшись, она махнула Армандо и вышла из зала, а я замер. Сам не знаю, почему эти слова произвели такой эффект. Прекрасно понимаю, сказанное логично, но… Когда Диана произнесла вслух о нашем пусть несуществующем ребёнке, у меня будто почву из-под ног выбили.
А ведь это правда. Вероятность маленькая, но есть.
У нас может быть ребёнок.
Хочу ли я этого? Никогда не спрашивал себя, но вдруг понял, что да. Очень хочу.
— Это что за выражение лица? — передо мной появился Армандо.
— У меня может быть ребёнок, — я повернулся к нему. — Вот что означает моя мимика.
— Надо же. Всё настолько серьёзно?
Кажется, Армандо пытался сдержать следующую фразу, но не преуспел. Ухмыльнувшись, он шагнул назад и спросил:
— Генерал стал мужчиной?
— Ещё до твоего рождения, — я медленно поднял подбородок.
— Произойдёт ли с тобой подобное? Не уверен. Ладно, что у тебя? О чём разговор?
Улыбка медленно соскользнула с его лица.
— У меня проблемы. Серьёзные. Когда ты изображал недобитый труп, я залез в архивы Ордена. Искал что-то похожее по описанию на ритуал, который видела Диана. В этот архив веками никто не заходил. Теперь выяснилось, из него вынесли непонятно что, когда и сколько. Это могло случиться вчера, или триста лет назад, но угадай, кого решили сделать крайним.
Меня будто водой окатили.
— Что тебе грозит?
— Как ты уже понял, мне это старьё даром не нужно, так что убить не должны. Из Ордена выгонят, скорее всего. Шум подняли, будто сокровищницу вынесли.
Плохо. Когда выгоняют из Ордена, бывшего служителя ослепляют. Они называют это «лишением света». Для того, кто любит рисовать, невообразимо тяжёлый удар. Не допущу."
"Как удачно складывается. В последние дни случилось слишком много совпадений.
