Тем более, в такой праздник!
Опять метко в цель. Ядовитой стрелой, что застревает в груди. Вызывает острую, противную боль.
- Я могу все, Даш, - хриплю от злости. Была бы рядом – придушил бы без зазрения совести. Но не при детях. - А в твоем случае – на законных основаниях. Повторяю: даже не думай!
Убью, если заявится. Не позволю испортить настроение малышкам. Сегодня – их день.
Каждый год я готовлюсь к нему заранее и с особой скрупулезностью. На эту дату я обязательно беру выходной. Все сотрудники компании в курсе, а секретарь не планирует никаких важных встреч или совещаний.
Нынешний день рождения – не исключение. Развлекательные мероприятия я начал с раннего утра. Пока праздничное агентство готовило сюрприз, мы с дочками съездили к моей матери за город. Отец нас бросил, когда мне было года три, так что я наполовину сирота. Собственно, как и мои малышки. Будто повторяют судьбу папы.
Пол-родителя, одна бабушка. Впрочем, мама относится к внучкам сдержанно, без особой любви. Она часто болеет, требует к себе внимания, а точнее, денег.
Так что мы не утомляем ее визитами.
Несколько раз в год. Чтобы дети не чувствовали себя совсем брошенными и никому не нужными.
Паскудство, конечно. Но я делаю, что могу. Создаю иллюзию нормальной семьи. Хотя она ни хрена не полноценная. Колосс на глиняных ногах.
Больше теплых чувств исходит от нашей бессменной няни. Я в очередной раз убедился в этом, когда мы заглянули к ней на обратном пути. Я дал ей выходной, но она очень хотела лично поздравить крошек.
И вручить подарки. Удивительно, но Маша и Ксюша вели себя с ней свободнее и радостнее, чем с родной бабушкой.
В целом, я миссию выполнил – и День рождения прошел без изъяна. Девочки выглядят довольными. А я устал как собака.
И все вроде бы хорошо, кроме…
Внезапно активизировавшейся сучки, которая сейчас висит на телефоне.
- Костя, я буду подавать заявление в суд на восстановление родительских прав, - припечатывает меня уверенной фразой. И отключается.
В этот момент я... Не злюсь, нет.
Это неуместное слово, которое и на сотую долю не отражает того, что творится у меня внутри.
Я горю в геенне огненной. Чувствую миллиард взрывов, которые разносят мои органы в кровавые лохмотья. А там, где должно быть сердце, застывает кусок обожженного металла.
Заставляю себя выдохнуть и, пока легкие сводит горячей судорогой, возвращаюсь в зал. Окидываю его взглядом – и не нахожу среди других детей своих принцесс. А ведь их сложно не заметить в пышных платьицах.
