Последнее – я терпеть не могу, тем более, от мужчин! Поэтому взбрыкиваю в его объятиях, но он не отступает. - Догадываюсь, о чем ты, но нет. Отца двойни ты этим не напугаешь, - усмехается и покачивает головой. - Я привык нести ответственность за свои действия. Даже если и так…"
"- Никаких «если», - перебиваю его. И тянусь к кофе.
- Все-таки не расскажешь? – Костя берет чашку из моих рук. – Ты казалась мне смелее.
Он специально меня провоцирует. Вижу это по едва заметной ухмылке, которую хочется стереть пощечиной. Или… поцелуем.
Неважно. Лишь бы он заткнулся, наконец, и остановил этот неприятный допрос.
Что за мужчина! Пробуждает противоречивые эмоции, поднимает во мне все самое светлое и доброе, но следом достает негатив из темных закоулков мой души. Его хочется любить и ненавидеть одновременно, смешивая чувства в убийственный коктейль.
Отстраняюсь от него и, устремив пустой, чуть затуманенный взгляд в пол, направляюсь к двери. Хочу уйти и от Кости, и от разговора, но, вопреки здравому смыслу, каким-то образом оказываюсь на диване, который притягивает меня, как магнит.
Здесь я уже сдалась мужчине – и повторяю свою ошибку, не прошло и несколько часов. Устало и обреченно откидываюсь на спинку. Ловлю первые лучи предутреннего солнца, проникающие в кухню из приоткрытого окна и косыми полосами падающие на подлокотник и сиденье. Вбираю пропитанный свежестью и озоном воздух.
Говорят, даже после самой темной ночи наступает рассвет, а сильный дождь заканчивается радугой. Моя тьма началась задолго до измены мужа и слишком затянулась.
- Через год после свадьбы с Женей у меня диагностировали опухоль яичника, - выдаю легко и непринужденно, будто кто-то другой вселился с мое тело, завоевал разум и транслирует информацию вместо меня. - Вместо того чтобы наслаждаться семейной жизнью с мужем, я паниковала и чуть ли не постоянно находилась в больнице. Меня провели через все возможные анализы и пункции, и в итоге направили на операцию.
Оставив кофе, Костя наливает стакан воды и дает его мне. Садится рядом, но соблюдает дистанцию, оставляя воздух между нами.
Мысленно благодарю его за это, потому что я на грани срыва – и могу расплакаться, если он приблизится и обнимет меня.
- Врачи предполагали худшее. Настолько, что даже предложили перед хирургическим вмешательством сохранить яйцеклетки в криобанке. На случай, если что-то пойдет не так и оправдаются самые страшные прогнозы, чтобы я могла ими воспользоваться позже: или для ЭКО, или с помощью суррогатной матери.
