Впивается в губы, но не задерживается на них. Лихорадочно целует щеки, обжигая их рваным дыханием, подбородок, облизнув его, и шею, всасывая кожу. Спускается к ключицам и подчеркнутой бельем ложбинке. Скидывает с меня кардиган, который ложится к нашим ногам, и я наступаю на него."
"Дергает пеньюар с плеч, открывая декольте до неприличия. Оставляет влажные следы сначала на коже, а потом и на тонком шелке. Я зарываюсь пальчиками в его короткие волосы на затылке, когда он накрывает ртом мою грудь. Целует через ткань.
С тихим стоном я запрокидываю голову и прикрываю глаза.
Чувствую, как жаркие ладони забираются снизу и ползут вверх по голым бедрам. Жадно, нетерпеливо сминают их, проходятся по внутренней стороне. Проникают между моих ног, чтобы бесстыдно их раздвинуть. Пальцы почти касаются кружевного треугольника стрингов, уходящего в тонкую полоску сзади. Но я резко сжимаю колени, не позволяя Косте зайти дальше.
Врезавшись пальцами в его ворот, тяну за футболку на спине. Вынуждаю распаленного мужчину выпрямиться и отстраниться.
Выбираюсь из жаркого плена, чтобы, сделав вдох, повиснуть на его шее. Вонзаюсь в жесткие губы и страстно целую.
Совершаю пару неловких, лихорадочных шагов, уводя Костю от двери. Наши ноги заплетаются, как у пьяниц со стажем, но мы не останавливаемся. Нападаем друг на друга.
Это не прелюдия, а борьба. Смертельная схватка, в которой мы оба проиграем. Или выиграем.
Но пока что каждый из нас пытается показать свое превосходство. Подавить другого характером, добить инициативой.
Вряд ли мы когда-нибудь сдадимся друг другу. Никто не уступит. Даже в такой интимной ситуации.
- Фурия, - ухмыляется Костя, споткнувшись о диван. Падает на него, увлекая меня за собой.
Заставляю его сесть, откинувшись на мягкую спинку, а сама устраиваюсь сверху. Не сводя с него глаз, кладу ладони на ремень брюк. Борюсь с пряжкой, отбиваю Костины руки, когда он спешит мне помочь. Отрываю пуговицу, дергаю молнию.
Дальше все происходит стремительно. Будто мы торопимся, чтобы не передумать.
Мы соединяемся, толком не избавившись от одежды. Костя лишь приспускает мой пеньюар, а я задираю его футболку. Царапаю каменный пресс, безжалостно вонзаю в него ногти.
И грациозно двигаюсь, забирая инициативу. Но ненадолго.
Подарив мне иллюзию свободы, Костя отнимает ее. Использует запрещенный прием, прильнув к моей груди губами. Пока я не опомнилась, берет командование в свои руки. Обхватывает мои бедра, держит крепко. Сам задает ритм и темп.
