- Все рано или поздно вернется, Кость. Никто от этого не застрахован. Ни Даша, ни я… Ни ты, - заключает вдруг.
Заставляет меня опешить на секунду. Этот гад чертовски прав, и первая «ласточка возмездия» ко мне уже прилетела… в образе Даши. За что именно и как больно ударит – сложно предугадать. Скользкая тема, как и моя работа в целом. Однако у меня есть возможность исправить одну из своих осечек и восстановить справедливость.
- Смело, - хмыкаю, облокачиваясь о стол. – Узнаю старого доброго Славина, одного из лучших юристов в фирме.
Запомни этот образ и не выходи из него, - щелкаю пальцами перед его носом. – Потому что ты мне пригодишься.
- Серьезно? Зачем я тебе? - прищуривается недоверчиво. – Ты же меня уволил по статье. И что, теперь обратно на работу устроишь?
- Упаси боже! – отмахиваюсь. - Ты будешь со мной судиться, Петя, - произношу совсем другим тоном, стальным и серьезным, чтобы у Славина и мысли не промелькнуло, что я шучу.
Наблюдаю, как его лицо искажается в немом вопросе, и делаю вывод, что информация им принята, хоть пока и не обработана.
Бывший заместитель в шоке. Признаться, я сам от себя такого не ожидал.
- Как судиться? – выжимает из себя со скрипом, пока я достаю папку из портфеля.
- Со всей пролетарской ненавистью. По-настоящему, - кидаю увесистую стопку бумаг на стол. – Это дело я вел месяц назад. Разумеется, выиграл…
- Но… почему тогда?.. – притягивает документы к себе, держит двумя пальцами, будто они пропитаны ядом.
- Я уже забыл, какой ты нетерпеливый и болтливый.
Всегда меня этим раздражал. Не перебивай, - поднимаю палец, жестом пресекая его попытку опять что-то спросить. – Так вот, а ты теперь подашь в суд апелляцию.
- Против тебя? – сводит брови, глядя на меня исподлобья. – Я? – хрипло шепчет. – Шутишь? Или проверяешь меня? - с сомнением.
- Нет, черт возьми, - устало потираю ноющие виски. – Поверь мне, я сам не горю желанием сотрудничать с тобой. Но лучшие юристы работают в моей фирме, и никому из них я не могу передать это дело. Как ты себе представляешь, если подчиненный Воскресенского выступит против Воскресенского? Бред, причем очень подозрительный.
Все знают, что я такого не допущу. Без моего ведома муха не пролетит, не то что апелляция, - постукиваю костяшками по стеклу. – А ты у нас независимый адвокат и вполне можешь представлять интересы Пономаревой-Сладковой, - называю Веру сразу по двум фамилиям, хотя к брачной она не вернется. Я надеюсь. Мне показалось, что она настроена решительно.
