- Потому что я так решил, - невозмутимо отвечает Зануда. – Или вы совсем расслабились? Какая удача, Орлова.
- Вы о чем?
- Тест отменен. Ваш титул продлили на год. Столько счастливых случайностей, что пора бы разбавить их ложкой дегтя.
- Я вас не понимаю.
- И не надо, - хмыкнул. – Выполняйте свои задачи и не забивайте хорошенькую головку глупостями. Жду перепечатанные статьи завтра. Можете отправить их почтой.
- Завтра? – пораженно выгибаю брови и снова оцениваю размеры папки с документами. – Слишком быстро.
- Впереди целый день. И ночь.
- Вы издеваетесь?
- Свободны, Орлова.
Я представляю, как буду тратить время на разбор его жуткого почерка, убивать свободные минуты на абсолютно бесполезное занятие, тогда как убийца Карины спокойно разгуливает по «Клетке». И заказчик моего убийства тоже свободен.
- Да, - усмехаюсь. – Точно, я свободна."
"Бросаю увесистую папку на стол, разворачиваюсь и ухожу, не обращая никакого внимания на истерические вопли Зануды. Он бесится, сходит с ума от бессильной злобы, но ничего не может поделать.
Его вопли и угрозы совсем не действуют. Я видела столько, что давно перестала бояться.
- Я добьюсь вашего отчисления, Орлова! – орет Зануда вслед мне, а я не оборачиваюсь и покидаю аудиторию.
Рядом опять возникает Борис.
- Все в порядке? – спрашивает парень.
- Тяжелый вопрос, - нервно пожимаю плечами. – Лучше скажи, о чем ты хотел со мной поговорить?
- Я кое-что видел, - тихо произносит Боря, а потом хмурится. – Черт, не знаю даже с чего начать.
Но если коротко, то ночью я стал свидетелем по важному делу. По тому самому делу из-за которого нам тут все поменяли сегодня. Ну ты поняла, да?
Парень делает очень выразительную гримасу, явно не решается произнести вслух слово «убийство».
- Стоп, - холодею. – Объясни.
- Нет-нет, - лихорадочно мотает головой. – Только не здесь. Я же не псих. Я не стану болтать просто так. Еще и прямо в коридоре. О таком я и старшему брату не смогу рассказать. Слишком опасно. Я никому не доверяю. Если это всплывет, то никто не сумеет меня защитить.
Разве что твоя компания. Я слышал, Захар задал «Ангелам» такую трепку, от которой они вряд ли оправятся. Но тут все еще хуже. Поверь. Это похлеще студенческого клуба. Если он поймет, что я его видел, то мне конец.
- Он? – переспрашиваю чисто автоматически, однако больше не успеваю прибавить ни единого слова.
Боря меняется в лице. Отступает на несколько шагов от меня. Сглатывает так, что его кадык мощно дергается.
