Родителям разрешают посещать университет и навещать своих детей лишь по особенным датам. Обычно сюда относятся праздники, официальные мероприятия. Список довольно короткий. За год таких дней наберется максимум десять. Хотя порой случаются исключения.
- Ты находишься на лечении, - говорит Ольга. – В тяжелом состоянии. Пока ты в лазарете, я имею полное право присутствовать рядом.
- Отлично, - хмыкает Захар. – Значит, я ухожу отсюда.
- Нет! – я решительно вступаю в беседу. – Сначала ты должен полностью восстановиться.
Ты очнулся только вчера. Нужно время. Хотя бы неделя.
Парень поворачивается ко мне и приподнимает бровь с явным недоумением. Он усмехается и выразительно качает головой, наглядно дает понять, что не будет валяться на кушетке такой долгий срок.
- Пара дней, - хмурюсь. – А потом все будет зависеть от решения врачей."
"- Я позабочусь о том, чтобы меня выписали сегодня, - невозмутимо произносит Захар. – Отлежусь на кровати в своей комнате. Без разницы, где прохлаждаться. Кстати, утром намечен контрольный тест.
От него освобождения никто не дает. Сдохни, а приди. Короче, пора размяться.
- Никакого теста не будет, - заявляет Ольга.
- Почему это? – отрывисто спрашивает Захар. – Думаешь, ты сможешь запереть меня тут? Хоть как-то помешать? Я давно живу без твоей опеки. Разберусь сам.
- Нет, ты не понял, - судорожно вздыхает женщина. – Тест вообще отменили. Сегодня утром вышло объявление об этом.
- Позвольте помочь, - говорю я и забираю у нее поднос, ставлю на стол возле стены, а после улыбаюсь.
– Присаживайтесь.
Захар одаривает меня убийственным взглядом, но вслух ничего не выдает. Только замечаю, как резко проступают его желваки под гладкой смуглой кожей.
Я проверяю телефон и понимаю, что случайно поставила его на тихий режим. Уведомление об отмене контрольной пришло пару минут назад.
- Занятия тоже отменены, - замечаю пораженно. – А никаких подробностей нет. Сказано, все должны оставаться в своих комнатах. Завтрак доставят прямо в общежития.
- Я знаю, в чем причина, - глухо роняет Ольга.
- Советник напел? – брезгливо кривится Захар.
Женщина нервно мотает головой, присаживается в кресло. Она выглядит так, будто мысли ее очень далеко. Взгляд затуманен.
- Произошло убийство, - наконец говорит Ольга. – Этой ночью. Я не в курсе всех подробностей, но кое-что успела услышать.
- Боже, - бормочу сквозь сдавленный выдох. – Кто пострадал?
- Девушка, первокурсница, - следует короткий ответ. – Ее нашли в столовой. Как и того парня недавно.
