Подготовь маму и всячески посодействуй, что бы она согласилась.
— А…
— А за это я не расскажу ей, с какой частотой ты приводишь к нам в гости свою Светульку и сколько раз давал мне деньги на кафе, что бы я задержалась где-нибудь после школы.
— Ну, ты коза…
— Я позвоню в полдевятого, так что советую не терять время. И еще. Скажешь, что все это под ответственность тети Люды — мамы Юли. Она ей перезвонит, если надо.
— Ты хоть понимаешь, что можешь вляпаться…
— Все, пока.
— Слушать его нотации не было никакого желания.
Юлька расцепила скрещенные на удачу пальцы:
— Уффф! Глядишь еще, и получится! — она повернулась к ребятам: — У нас целый час до разговора. Что будем делать?
Пашка смущенно почесал затылок:
— Может в ресторан? Ну, или в кафе на крайний случай… солянки хочу — умираю.
В итоге решили поехать в город, где недолго поблудив, нашли кафе с летней верандой. Стыдно признать, но на тот момент я понятия не имела, что такое «солянка», представляя вначале, что это нечто вроде солонины — мясо там или рыба.
А когда увидела — была удивлена, с содроганием представляя, какое на вкус это… эммм… «варево» с солеными огурцами и куском лимона. Себе же я заказала обычный греческий салат, а Юлька — «Цезарь». Бутылка белого вина дополнила нашу трапезу и придала всем веселого настроения.
Ровно в полдевятого Влад достал телефон, и, набрав номер, протянул мне, а уже через пять минут была заказана еще одна бутылка вина.
Мама дала добро, вытребовав, что бы я ей звонила из Днепропетровска каждый день и отчитывалась все ли со мной в порядке. Оказывается, предприимчивая тетя Люда уже успела ей позвонить и уговорить «отпустить девочку посмотреть город и отдохнуть перед началом учебы».
Скажу честно: в то, что я смогла такое провернуть со своей мамой — не верилось вплоть до момента, пока мы не въехали в Днепропетровск.
После кафе мы сразу же разъехались по домам, так как выезд предстоял в восемь утра, а до этого у всех были дела.
Мне, например, кроме сбора вещей, еще предстояло наварить еды дедушке на неделю вперед и постирать замоченную накануне одежду.
Возилась с этим всем до трех ночи, а потом еще долго не могла уснуть — мысли и сомнения тревожили душу. Волнами накатывала тревога, словно перед прыжком с высоты.
Город на Днепре удивил меня.
