Завтра с утра на сенокос.
— Ты одна будешь?
— Нет… с дедушкой.
— А если я рано утром тебя привезу?
— Влад… э-э-э… — быстро сообразив, выдвинула вескую причину: — Ромка вернется среди ночи и увидит, что меня нет.
Влад шумно выдохнул.
— Н-да… не вариант…
Мы еще постояли. Он не хотел просто так отпускать, а потому стащив шлем и с меня тоже, поймал мои губы своими. Поцелуй был сногсшибательным, долгим, сладким. В итоге со стоном оторвался:
— Ты мое наказание. Поехали.
Уже возле нашего сада, прощаясь, спросил:
— Завтра в обед?
— Хорошо… — я собиралась уйти, но Влад меня остановил:
— Поцелуешь меня?
— Обойдешься.
— Боишься?
— Кого? Тебя?
— Продолжения.
— Еще чего.
— Тогда иди сюда. — Он поманил пальцем. В груди от этого жеста почему-то стало горячо.
— Ага. Как ты себе это тут представляешь? Стоя? Как боевые лошади?
Влад рассмеялся:
— Боже… какой же ты, по сути, еще ребенок!
— Я не ребенок! — огрызнулась в ответ.
— Иди сюда. — Схватил меня за руку и притянул к себе. Обнял, пытаясь в темноте заглянуть в глаза.
— Дашка, когда я до тебя дорвусь, ты узнаешь, что можно как угодно… я покажу тебе потом… — Все это он шептал мне на ухо: — Ну а теперь иди. Я обеспечил тебе бессонную ночь… и себе тоже. Мы будем думать об одном и том же… а завтра полюбуюсь на твои красные, не выспавшиеся глаза… — Он чмокнул меня в висок и отстранился, после чего, не мешкая, стал толкать мотоцикл в сторону дороги.
Я пулей пронеслась через сад и тихо проскользнула в дом. Влад оказался прав. Гормоны и адреналин сделали свое дело.
Промаявшись практически всю ночь, заснула только под утро.
Откуда он черпал терпение? Любил, наверное. И вот для сравнения — Миша. Что он делает? Какие там разговоры?! Упаковал и везет.
Промелькнувшие в памяти воспоминания настолько меня расстроили, что выходя из машины, почувствовала, как к глазам подступили слезы. Оно и понятно, такой накал страстей в связи с его внезапным появлением, плюс собственная нерадивость. То прощаюсь, то без особых сопротивлений еду с ним куда-то.
Да, у меня была на то объективная причина в виде нарисовавшейся из откуда не ждали Марины, но Майкл то не знает об этом, а потому, наверняка уверен, что раз поехала с ним, значит сопротивление сломлено.
— Миш, не надо. Пожалуйста, не надо. — Попросила, даже не надеясь, что буду услышана.
— Не надо что? — спросил, обхватывая за плечи и направляя в сторону ресторана. — Даша, я сейчас злой голодный и уставший. Ты у нас очень разговоры любишь.
