После встречи, после разговора, после поцелуя, после ссоры или обычного взгляда. Так вот послевкусие с ним было шикарным: пряным, тягучим, будоражащим, сладким. Чем не идеал для первой любви?
Он очень трепетно ко мне относился. Никогда не показывал, но я чувствовала это. Влад понимал, что я еще девочка, осознавал, что может сильно ранить. Поэтому, наверное, и не спешил, но с тем же готовил меня к взрослой жизни. Намеки, двусмысленные фразы, взгляды… Я моментально становилась пунцовой и заливалась краской смущения каждый раз; терялась и не знала, что отвечать.
А ему это доставляло удовольствие: мое волнение, мой румянец во все щеки, мои попытки повернуть все в «благопристойное» русло.
Помню, как-то он забрал меня после обеда, и мы поехали кататься. По дороге, Влад остановил мотоцикл возле колодца. Я спросила:
— Хочешь пить?
Влад достал флягу и стал набирать воду. Глянув на меня, ответил:
— Нет. Потом захотим. Ты же первая и попросишь…
Теряясь в догадках о смысле сказанного, почему-то покраснела. В столь юном возрасте я не была испорченной, но интуитивно чувствовала его игру.
Он умел смотреть «так» и говорить «так», что даже обычные фразы воспринимались, как слова с подтекстом, с двойным смыслом.
Выехав за село — направились в березовую рощу, которая растет на въезде. Не знаю, кто и по какой причине сделал там лавочку, но она была. И мы о ней знали. Это было наше любимое место. За березняком начинался яр, на дне которого — небольшое озерцо.
Там на склоне мы часто лежали на солнце и… болтали.
В тот раз расположились на лавке. Влад достал небольшой пакет, развернул. Это оказалась завернутая в бумагу пастила. Где он смог такое достать? Ее и в городе найти невозможно, что называется «днем с огнем», а тут?!
— Ух, ты!!! — вырвалось у меня. — Ты где ее взял?
— Угощайся. — Улыбнулся в ответ.
— Спасибо, конечно, только мне сладкое лучше не кушать… — Комплексы по поводу фигуры не отпускали ни на секунду.
— Ты мне нравишься такой, какая ты есть. — Сказал это так, что у меня громко застучало сердце.
В итоге он… кормил меня.
Я понимала, что такие вещи делают взрослые… и меня грело чувство «взрослости» изнутри. Влад, пожалуй, единственный на тот момент относился ко мне не как к «девочке». И в то же время страхи и напряжение не давали расслабиться. Он видел мою внутреннюю борьбу. Смотрел и забавлялся, глядя со стороны.
Спустя некоторое время мы ели яблоки. Не смотря на то, что я их не люблю — после сладкого с удовольствием жевала, болтая ногами.
