В этот момент в номер постучали, и мы одновременно поднялись.
— Куда-то собралась? — спросил Майкл точно таким же спокойным и устрашающим тоном, как во время обеда в ресторане. — Не делай глупостей, Даша.
Стоп-кадр. Зрительное противостояние длилось неимоверно долго, высасывая мою стойкость и храбрость по капле ежесекундно. Стук повторился. Заметив еле уловимое движение, Миша покачал головой:
— Послушай меня внимательно. Есть два варианта: через три минуты на этом столе будет или еда или ты. Выбирай.
Почувствовав, как на нервной почве задергалось правое веко, проговорила, еле расклеив губы:
— Не отпустишь?
— Нет.
— Короткий ответ, словно удар молотка по гвоздю.
Зуммер моего телефона сообщил о входящем сообщении. Сглотнув, села назад и полезла в сумку. Смс от Егора немного отрезвил: «Привет. Как ты там? Что делаешь?» Набирая ответ, молча следила за передвижением Майкла.
На входе появился служащий отеля с тележкой на колесиках. Не имея сил встретиться с ним взглядом, отошла к прозрачной металлопластиковой двери — выходу на террасу.
Выглянув во внутренний двор, увидела, что в этих апартаментах есть небольшой личный бассейн и несколько шезлонгов, так что отдыхающим не было нужды плескаться вместе со всеми. Но да. Интересы Михаила крутились в другом месте, а потому, судя по ненарушенному порядку, воспользоваться всеми благами оплаченного номера он не спешил.
Не знаю почему, но именно тогда вдруг пришло осознание своих ощущений и реакции в целом.
Несмотря на присутствующие общие черты: цвет глаз, прямой тонкий нос, светлые волосы — Миша с Владом не были похожи внешне.
Я умудрилась в какой-то плоскости своего разума считать их сходство, и, наверное, именно поэтому интерес проявился на инстинктивном уровне.
И вот что теперь делать с этим? Чаши внутренних весов еще никогда в жизни не раскачивались с такой амплитудой.
Майкл подошел ко мне, став за спиной слишком близко, заставив непроизвольно прижаться к двери. Уперся ладонями в стекло по бокам. Молчание порождало напряжение, которое в свою очередь показывало себя во всей красе, растягивая каждую секунду до предела возможного.
Сжав зубы с такой силой, что между ними чуть не началась диффузия, боялась его прикосновения так, что ноги подкашивались.
Он ткнулся лицом вначале где-то за правым ухом, потом в затылок и выше; глубоко вдохнул.
— Повернись.
— Н-не надо… пожалуйста…
— Повернись.
Я понимала, что если сделаю это — то все. Пропаду. Никто не остановит не только его, но и меня.
