Реву, уже обессилев, руками упираюсь в широкие плечи."
"— Меня пусть другие боятся, Но не ты, он сам начинает задыхаться, говорит трудно. Это была глупая шутка. Идиотская совсем. Ира!!!
— Нет!!! Нельзя так с яичницей! Гад! Ты гад! Это еда! Кто голодал, так к еде не относиться, а ты… Ты… Ты, я понимаю, что несу бред, яичница опять эта… Всхлипываю обессиленно и ослабеваю в его руках. Голова сама падает на жесткое широкое плечо.
Взрыв эмоций, страха настолько вымотал, что не могу даже пошевелиться.
Так и вишу в грубых оковах рук Игоря, слепо тараща в пространство коридора полные слез глаза.
Понимания о том, что вообще происходит, никакого. Я и в самом деле… С отклонениями.
Он отстраняется и, легко держа меня одной рукой, второй приподнимает за подбородок.
Смотрит. И в глазах его нет холода.
И похоти нет.
Грязи, которую я видела у других и спроецировала на него… Только внимание и… Нежность.
Я глупая. Я все время ошибаюсь. И в мужчинах все время… Тоже.
Но сейчас нет ошибки. Нет неправильности.
Холодный снежный демон может своим взглядом растопить лед.
И устроить пожар.
И именно. Это и происходит, когда я подаюсь к нему и мягко трогаю своими распухшими губами его губы.
11. Ласка снежного демона
То, что я перегнул, становится понятно практически сразу. Грубое: «Отсоси мне», которое, в принципе, для любой другой бабы было бы нормальным, учитывая наши обстоятельства, а в частности, то, что я в очередной раз спас ее попку из большущей передряги, вызывает у Лапочки шок.
Карие глазки расширяются, в них сначала появляется неверие, затем страх, а потом такое разочарование и тоска, что хоть самому вой.
Но я не торможу. Не умею в таких вещах. Надо все доводить до логического финала.
Ну и, к тому же, она все утро меня из себя выводит, мне что, нельзя тоже чуть-чуть?
Для дела тем более полезно. Немного растрясти Лисенка, вывести на эмоции, заставить хоть как-то проявить себя.
А то, бля, выставилась тут, хозяюшка нежная.
Сказать, что я удивился, когда увидел ее, прыгающей на кухне, вообще ничего не сказать.
У меня тут бабы редкость страшная, потому что нехер здесь делать никому. Даже маман в святая святых не допускается.
А эта Лисичка, не успела проснуться и в себя прийти, как уже, смотри-ка, готовить принялась!
Хотя, пахла яичница Лисенкина на удивление вкусно.
Слюни потекли. Но она настолько не вписалась в мою зону комфорта, что если не сама, то ее стряпня должна была быть ликвидирована с глаз долой.
Хотя обе меня привлекали.
