Тогда над ним неплохо посмеялись рабочие, грубо, но доходчиво объяснив невозможность этого мероприятия. Больше он таких ошибок не допускал. Впрочем, с его приятелем вышла история покруче: мужики, подшутив, объяснили, что компрессор, установленный на тележке, можно завести, лишь разогнав на буксире. Молодой специалист не раз наблюдал, как технику заводят «с толкача», и нисколько не усомнился в их словах. Смеялись над ним долго, а прозвище Заводила пристало прочно.
Все эти «университеты жизни» не могли заменить соответствующего образования, но, как и у всякого геолога, у Олега было хорошо развито пространственное воображение, что очень помогало в подобных расчетах.
Да и мельницу нельзя считать слишком сложным сооружением – для ее проектирования не нужно быть гением.
Поработать над чертежами Олегу не дали: за тростниковой дверью кашлянули, приглушенный бас поинтересовался:
– Можно?
– Открыто, – буркнул Олег: замков на двери, плетенной из тростника, не было.
Отец Николай почему-то облачился в свою видавшую виды рясу и явился не один – за ним, пригибаясь в низких дверях, вошли Алик и Руслан Поляшенко.
Этого толстяка Олег знал мельком – он был вождем приличного поселения на левом берегу, чуть ниже по Фреоне. Но, пока Олег гулял по землям Хайтаны, тот решил присоединиться к Добрыне со всеми своими людьми. Все его общение с Олегом ограничилось рукопожатием и парой слов при знакомстве, так что непонятно, почему он сюда пришел. Священник практически родственник, с Аликом они давние знакомые – с первого дня пребывания в этом мире, а вот Руслан…
Странный гость.
Однако Олег не подал виду, что удивлен. Мало ли что! Может, человеку интересно поговорить со столь знаменитым путешественником и победителем каннибалов. Газет и телевидения здесь нет, да и в любом случае новости лучше всего получать из первых рук, если не хочешь довольствоваться слухами. До Олега уже доходили разные фантастические подробности его похождений. В частности, поговаривали, будто, убегая от хайтов, он питался сырым мясом убитых врагов, так что удивляться желанию умного человека пообщаться без глупых посредников не стоит.
"
"Угощать нечем, выпивки нет, так что ритуал гостеприимства упростился до минимума: Олег просто кивнул в сторону чурбачков, используемых вместо стульев. Гости присели, тут же потекла неторопливая беседа. Говорил лишь священник, да Алик изредка поддакивал – в разговоре чувствовалась недосказанность, натянутость.