– А не тем же самым занимается графология? Толкованием букв и способов начертания?
– Да.
– Так что в методике анализа есть значительное сходство?
– В некоторой степени.
– Так все-таки есть значительное сходство в методике? – повторил я – очень медленно, словно несмышленому дитяте, чтобы он как следует осознал вопрос. Придется теперь ему давать более определенный ответ, иначе рискует выставить себя перед присяжными вруном или полным мудаком. Мой любимый метод повторения вопросов уже вынудил его завилять.
– Да. Значительное сходство в методике анализа имеется.
«Замечательно», – подумал я.
– Обвинитель пытался задать вам вопрос относительно графологии. Наверное, она хотела спросить, насколько легитимна такая система. Итак, она легитимна?
– Да. Конечно, легитимна.
– А это правда, что один графолог растолковал кляксу на подписи Джона Уэйна[12] как подсознательную подсказку его подсознания о том, что у него рак легких? Было такое?
При этом я вытаращился на присяжных с совершенно офигевшим видом – мол, в жизни большей дури не слышал, но к свидетелю повернулся спиной, чтобы он не видел выражения моего лица.
– Да, – произнес док. Ответил честь по чести, что некий графолог действительно сделал такой вывод, но из-за моей вытянутой физиономии присяжные восприняли это как его согласие с дурацкой теорией, а не как простую констатацию факта, что такая теория на самом деле существует.
– Так это, выходит, больше похоже на предсказание судьбы?
– Нет.
Это легитимный интерпретационный метод анализа.
– Никак не пойму, о чем это вы, доктор.
Я повернулся к присяжным и воздел руки к потолку – видите, мол, даже высокооплачиваемому адвокату не по уму, о чем толкует этот парень! Те заулыбались.
– А нельзя ли, так сказать, на примере наглядной демонстрации?.."
"Настала пора, как выражаются в бейсболе, «занять базу» – только так, чтобы док ни о чем не догадался. Я выдернул из пачки листок с буквой «Г», которую увеличил при помощи копира наверху, и продемонстрировал присяжным.
Потом повернулся, чтобы и док его хорошенько разглядел, после чего пришпилил к доске на ножках, рядом с такой же увеличенной буквой с рублевой банкноты. Придвинутые друг к другу, они выглядели совершенно одинаково. Многие обвинители тут же заявили бы протест, и начался бы долгий спор, имею ли я право подвергать испытанию методику работы эксперта.
