Белкина стоит в пяти шагах от меня с полотенцем, накрученным на голове."
"— А ты чего здесь делаешь? — от неожиданности вопроса поумней у меня не нашлось.
— На четвег'том этаже душ не г'аботает, — сказала Белкина упавшим голосом и бросилась бежать.
Что ж за день такой. То на Репья нарвался, теперь на Белкину. Нехорошо вышло. Очень нехорошо. Причинять ей боль я не хочу. Сходить, может, к ней в комнату, объясниться? … нет, этого делать точно не нужно. Любые объяснения сейчас только все ухудшат. Иду к лестнице, спускаюсь вниз и беспрепятственно дохожу до старых ворот.
В момент перехода, сколько могу, удерживаюсь в межмирье. Удается продержаться дольше, чем в прошлый раз и, по-моему, начал различать больше оттенков. Затем меня привычно выбрасывает в Лицевой мир. По причине позднего времени вместо бабы Нюки здесь дежурит сторож, который открыл мне дверь особняка и выпустил наружу.
В Питере ранний сентябрь. Ночи не белые, но довольно светло еще. На крыльце ждет Анюта. Увидев меня, обрадовалась.
— Сережка, черт, я волноваться начала.
Где ты шлялся?
В порыве чувств она бросилась ко мне обниматься. Нет, ну что за день такой? Бабы на меня просто вешаются сегодня. Ладно хоть Анюта целоваться не лезет…
— А чего у тебя голова мокрая? — она от меня отстраняется, — И пахнет от тебя…
— Так. Отставить следственные мероприятия, — хоть на нее я могу надавить авторитетом, — Если коротко, то я сегодня купил тысячу макров для фабрики.
— Добытчик! — восхитилась Анюта, — Кто продал?
— Коля Воробей. Но сильно радоваться не стоит.
Цену он загнул почти вдвое. По рублю за штуку.
— Ого. И что делать?
— Переезжать нам придется, Ань. Не тянем мы комнаты в доходном доме.
— А как же почта?
— А что почта?
— Корреспонденция, письма… на твое имя все приходит в доходный дом… вот, кстати, — Анюта показывает конвертик, — Очередное послание тебе от Гадюки.
— И что там?
— Зазывает тебя к себе в гости. Пойдешь?
— Нет пока. Чтобы идти в гадючье логово, надо хорошо вооружиться компроматом. А мы пока на нее ничего не нарыли.
— И все же, Сережка. Адрес — это важно. Сейчас тебе пишут на адрес престижного доходного дома. А если мы переедем в дешевую гостиницу… — Анюта изображает, будто читает адрес с конверта, — …графу Кротовскому, проживающему по адресу: Кривоколенный переулок пять дробь три… позорище.
Так-то Анюта права. На самом деле даже доходный дом для графа — позорище. А жить в дешевой гостинице, соседствуя с лавочниками и мелкими служащими, и вовсе за гранью приличий.
