Она чувства несуразности не испытывает, вот и пусть идет первой. Попадаем в фойе. Слева гардероб, пустующий по причине теплой погоды. Справа стойка по типу регистрационной, за которой маячит старушка божий одуванчик. А прямо…"
"А прямо ворота. Огромные, тяжелые, темные. Оббитые полосами позеленевшего от времени толстого металла. У меня такое ощущение, что эти ворота стоят здесь незапамятно. А особнячок построен вокруг ворот специально и намного… намного позже. Над воротами крупная, подсвеченная надпись: «ОСТОРОЖНО, ПРОХОД НА ИЗНАНКУ», — что еще за проход? На какую такую изнанку?
— Чем могу… молодые люди? — спрашивает из-за стойки старушенция с зорким чекистским глазом и бойким воробьиным голосом.
— Граф Кротовский желает подать документы на поступление в училище, — на правах моего личного адъютанта Анюта выкладывает на стойку папку с документами.
Мне остается только изображать из себя делового да важного, мол не по чину мне объяснять рядовому составу за стойкой, как правильно портянки мотать.
Однако бабуся совсем не так проста, как могло показаться на первый взгляд.
— Причина подачи документов? — бабуся задает один из тех канцелярских снайперских вопросов, на который у нормального человека никогда не бывает ответа. Однако Анюта у меня тоже не лыком пошита, под обстрелом противника не теряется:
— Достижение совершеннолетия, — отвечает она, не моргнув глазом, вызывая мое невольное уважение.
Так-то я сам старый буквоед от техники безопасности. Но перед махровым бюрократическим подходом пасую даже я.
Там, где нет логики, мой разум бессилен. Указать такую причину сам ни за что бы не догадался.
— Вовремя. Завтра начинаются занятия, — бабуся посмотрела на Анюту так, будто та в последний момент выскочила из зоны боевого поражения.
— Как граф собирается оплачивать учебу? — бабка походу решила долбануть из главного калибра, но Анюту с настроя не сбить, отвечает без малейшей запинки:
— По праву рода граф желает подать прошение на бесплатное обучение, — она выкладывает на стойку перед бабкой какую-то бумагу с большой гербовой печатью, будто это не бумажка, а самая непробиваемая в мире броня.
Ведя позиционную окопную перестрелку через регистрационную стойку, на пару они быстро заполняют анкету, заявление и даже прошение. Мне остается только подписать. Я успел глянуть Анюте через плечо и подсмотреть Сережину простоватую нетвердую подпись. Мой вариант подписи бабуську вполне устроил.
