Огненное шоу!
Маринка краснеет, но взгляда не отводит. Нервно сглатывает, медленно облизывает губы и, шумно выдохнув, наконец, пробивает затянутым шепотом:
– Не обольщайся.
– Так и будет, – уверяю с какой-то нездоровой упертостью.
Знаю же, что никогда до этого не дойдет. У меня список! И, сука, зачем-то выписываю эти обещания.
– Покажу тебе следующую задачу в своем листе, – шелестит после паузы Маринка. – Если ты поможешь ее выполнить.
Я пытаюсь абстрагироваться. Не принимать эту подачу. Не пропускать ее в поле своего извращенного восприятия.
Но, мать вашу… Буквально сразу же, как Чаруша это озвучивает, меня накрывает адским искушением.
Эти ее блядские глаза… Эта ее милая улыбочка… Нежный запах ее тела…
Осознаю, что она в очередной раз, забавы ради, меня провоцирует. И, сука, закусываю удила.
– А что по оргазмам? Уже? – хриплю, охреневая от уровня своей взбудораженности.
Могу раздавать электричество. Подключайтесь.
Маринка смущенно опускает взгляд.
– Я к этому готовлюсь, – выдает, кусая губы.
– В смысле? – сиплю еще ниже.
– Боже, Даня… – бурно вздыхает кобра. Наваливаясь на меня, раздувает капюшон. И при этом, словно кошка, мнет когтями грудак. – Ну, так что? Поможешь?
Вдруг под вторым пунктом окажется минет. Имею ли я силу отказаться? Ни за что, блядь!
Сука, список! Сука, Марина Чарушина!
Мама Таня, батя Чаруш, Чара… Мозг сдавливает раньше, чем я добираюсь до середины списка.
– Помогу, – выбиваю решительно.
Ведьма тотчас в сладкой улыбке расплывается.
– Чудесно, – мурлычет она.
Сдавливает и мою грудь. Адски сжимает, пока я жду, когда она озвучит свою хотелку. – Моя цель – пойти в бар, – в подтверждение маячит перед моим лицом телефоном. – В настоящий бар! И еще там напиться хочу…
– В бар, блядь? – разочарованно выдыхаю я. – В бар?!
– Тихо ты, – шипит, прижимая к моему рту ладонь. От этого еще сильнее наваливается. Черт, по-чесноку, она полностью лежит на мне. И тот факт, что из дома в любой момент может кто-нибудь выйти, не подгоняет меня ее оттолкнуть.
– Никто не узнает, – крадется мне в уши дьявольский шепоток ведьмы.
И эти глаза, блядь… Я подыхаю.
Кусаю ее, пока не пищит и не отдергивает ладонь.
– Хочешь, чтобы Чара мне яйца оторвал? – выдаю приглушенно, со злостью.
– Не оторвет, – заверяет Маринка так же эмоционально, усиленно дуя на укус. – Если ты не расскажешь. А я уж точно нас не выдам!
«… нас не выдам…»
«..нас…»
Нет, это определенно какая-то хуйня. Даже звучит стремно. Я не должен соглашаться.
