Едва нас спускают полностью на землю и освобождают от креплений, увожу Маринку в сторону, ближе к лесу, чтобы вытолкнуть с хриплыми скрипами то, что уже адски пылает внутри:
– Ты влюблена в меня?
Я ведь уже задавал ей этот вопрос. И тогда она дала правильный ответ.
А сейчас… Глаза Чарушиной в каком-то страхе расширяются, да так и замирают.
Блядь, нет… Нет. Нет. Нет.
В моей груди что-то ломается. Будто кости летят в крошево. Я с кашлем выдыхаю воздух, который оттуда попросту физически выжимает, и в ужасе мотаю головой.
Чаруша же… Она, блядь, стремительно разворачивается. На скорости топит в темную гущу леса.
И я понимаю ответ. Я, мать вашу, понимаю ответ!
Судорожно вздыхаю, изо всех сил стискиваю ладони в кулаки и, надрывая нутро, как разъяренный зверь реву:
– МА-РИ-НА!!!
А когда в легких кончается кислород, срываюсь следом за ней.
33
Признай уже, что я для тебя тоже особенная-особенная…
© Марина Чарушина– МА-РИ-НА!!!
Этот оглушающий крик киловатты злости, боли и отчаяния выдает.
На расстоянии за один заход перебивает и гасит все мои нервные клетки.
«Умерла… Умерла…», – долгое мгновение в этом уверена.
Хлесткий удар ветки, жжение на щеке, слезы градом из глаз, судорожный вдох и резкое воскрешение всех систем организма.
Сердце врезается в ребра и воспламеняется. Эмоции летят во все стороны, будто огненные искры. Как никогда много их. Как никогда они сильные. Как никогда бесконтрольные.
Мне больно и страшно, но остановить этот процесс невозможно.
Повторно стопорит все во мне Шатохин, когда налетает сзади и, сжимая руками, словно тисками, отрывает от земли. Я так ору, что за километры должно быть слышно. Кто-то наверняка решит, что меня убивают. А я всего лишь пытаюсь справиться с эмоциями и выстроить дальнейшую тактику действий.
Что мне делать? Что?! Как вести себя сейчас, когда Даня вновь посмотрит мне в глаза? Что отвечать, когда снова этот роковой вопрос поднимет?
Если он еще не готов… Да не готов, конечно же! Но у меня попросту иссякли все резервы, чтобы скрывать свою любовь к нему.
Я о ней кричать хочу! Сколько можно намекать?! Не дурак же он! Но вот так вот яростно сопротивляется.
Пусть простит, я никогда не отличалась терпением. С ним за этот месяц выдала свой максимум.
А теперь… Внутри меня что-то лопается. Последняя натянутая до предела струна рвется и выстреливает из моей расшатанной души."
"– Даня… – задушенно выталкиваю я. Он хрипит мне что-то на ухо.
