Из ранее произведенного расследования в уезде секты хлыстов и атетуев мне известно было, что хлысты и атетуи во главе с их «богородицей», «богом» и «апостолами» свили себе гнездо в глухом и отдаленном селе Ржавце. Поэтому я решил дальнейшие розыски свои перенести туда.
Переодевшись все трое, мы с урядником на другой день, под видом скупщиков яиц, перьев и щетины, на особой подводе без кучера прибыли туда, где мы, не внушая никакого подозрения, быстро сошлись с местными продавцами. Явился самовар, водка, закуска, и к утру следующего дня мы добыли положительные сведения, что вся шайка атетуев-хлыстов проживает у разных лиц во Ржавце и по ночам собирается на «радения».
Во главе шайки стоит крестьянин Федор Воронин, он же хлыстовский «апостол», тот самый, который пребывал у Шлеенкова. Кроме преступления на заводе Быценко, Воронин обвинялся в убийстве с целью грабежа, незадолго до этого был задержан, но из-под ареста бежал. От местного кабатчика мы узнали, что Воронин и его товарищи расплачиваются за вино купонами, которые оказались от похищенных у Биценко билетов.
Оставалось только задержать всех заподозренных.
Я знал по опыту, что попасть на «радения» к хлыстам или атетуям очень трудно, так как по всем местам, даже на крышах изб, ставятся караульные и патрульные. Овраги, скирды с хлебом и соломой, риги и сады давали преступникам возможность при первом сигнале скрыться от преследования. Ввиду таких соображений я решил отправиться в Новогольское, где имеется волостное правление и земские лошади, собрать достаточное количество людей и обложить хутор Ржавец на заре.
Предстояло задержать от восьми до десяти человек. Все они расходились в глубокую полночь по окончании «радений» с «голубицами», ночевали в разных домах, разместившись исключительно на клетях. Каждый двор имел два выхода: один на улицу, другой из гумна в поле или в овраг. Необходимо было явиться одновременно в каждый из десяти дворов с двух сторон.
С 12 часов к волостному правлению начали съезжаться земские, волостные и сельские лошади и сходиться люди.
Никто, кроме урядников, не был посвящен в цель ночных сборов, а чтобы предупредить возможность сообщения с Ржавцем и передачу сведений, могущих разрушить весь мой план, я устроил особый разъезд между этими селениями.
Около двух часов ночи на 10 подводах пятьдесят человек во главе со мной тронулись во Ржавец. Предстояло проехать более двадцати верст. Было 5 часов утра, когда мы, не доезжая одной версты до Ржавца, остановились.
