Оставив на месте охрану, я возвратился в собор, чтобы сообщить следователю об убитом Волохове и что я отправляюсь выяснить, насколько окажется возможным, отношение Волохова к убийству в сторожке и ограблению собора, а также дознать, кто его убил.
В железнодорожных мастерских действительно числился кузнец Волохов, и, по указанному адресу, я пошел в его квартиру. Хозяйка показала, что Волохов жил у нее около трех месяцев, исправно платил, человек он «бог с ним, какой-то хмурый, неласковый, доброго слова не скажет, волком глядит.
Выпивал, но не скандалил, никто у него не бывал, вечером часто уходил, должно, в трактир, вчера с вечера ушел и домой не возвратился, а утром сказали, что он убит».
Небольшая комната Волохова скудно обставлена. В комоде нашел две перемены белья, кое-какие мелочи, малоношенный костюм, записную книжку, в ней паспорт и письмо из Ростова на имя Волохова, следующего содержания: «Встречай в воскресенье. Буду с друзьями пятым номером. Вася». Это письмо, несомненно, писал железнодорожник.
Обыкновенный пассажир назвал бы поезд, которым едет: почтовым, пассажирским или другим. Сообщил бы час приезда, но никогда не указал бы номера поезда, которым приедет. Итак, в день убийства какой-то Вася известил Волохова, что едет в Батайск с друзьями. Это указание я счел весьма важным и решил искать в Ростове Васю, а до того узнать в Батайске, с кем Волохов общался и проводил время.
Надо было справиться в трактирах, в которых рабочие обычно собираются в свободное время. Я нашел трактир, где знали Волохова, и там мне указали, что он часто проводил время с рабочим столяром Колькой Гармонистом, по фамилии Спицын.
Хозяин трактира уже знал, что Волохов найден убитым, и сообщил, что вчера часов в восемь вечера Волохов был в трактире с неизвестными людьми. Спицын сидел в другой компании, но подходил и присаживался к Волохову. Они пили водку, закусывали и ушли ночью около 11 часов.
Не откладывая, я пошел в мастерскую узнать, там ли Спицын, чтобы допросить его. Он оказался в столовой, и заведующий мастерской привел его в контору, где я ожидал.
Спицын, белесоватый парень, тщедушный на вид. Увидев полицейского в мундире, он немного смутился.
– Садись, Спицын, – сказал я, – и расскажи, с кем и как ты провел вчера время и что знаешь о Волохове?"
"– Расскажу все по чистой совести. Волохова хорошо знаю. Он любил, как я играю. Меня за игру прозвали Гармонистом. Мы частенько угощались, можно сказать, подружились. Он постарше меня, человек сурьезный.
