"
"Услышав, что Гордон думает пойти по стопам своего отца, став ведущим магом Вестии и посвятив себя Драконологии, Винсент немного успокоился, после чего всю дорогу косился на меня со значением, словно так до конца и не оставил своих матримониальных планов.
Но я-то знала, что с Гордоном нас может связывать только дружба, даже несмотря на то, что тот на ощупь знал размер моей груди.
…Наконец, добрались. Выгрузились из карет, после чего поднялись по величественным мраморным ступеням к крыльцу не менее величественного здания местной Торговой Гильдии.
Пусть Прей-Экрил не считался захолустьем Вестии, но все-таки здесь была не столица. Зато деньги всегда и везде оставались деньгами – за них можно было купить роскошь, комфорт и даже тот самый величественный вид. Вот и торговцы Прей-Экрила не поскупились, отстроив себе огромное трехэтажное здание, ничуть не уступавшее размерами Торговой Гильдии Трада.
Об этом я узнала со слов Гордона.
Место они тоже выбрали неплохое – за фасадом особняка скрывался роскошный сад, заканчивавшийся Краем и магической защитной стеной Матиаса Хардегарта.
Именно здесь, в Торговой Гильдии, градоначальник Прей-Экрила организовал пышный прием, на который пригласили принца Густава, прибывших с ним на остров высоких гостей, а также местную аристократию, богачей и влиятельных горожан. Ну и мы затесались – немного аристократия, но по большей части – подающие надежды будущие Всадники и маги.
– Как только появится возможность, представлю вас принцу Густаву, – с торжественным видом объявил мой отец, когда мы поднимались к крыльцу, – поэтому далеко не расходитесь.
Потом уже можете веселиться до конца приема.
– Я с ним неплохо знакома, – улыбнулась лорду Росманну Хейди, на что мой папочка моргнул.
Ну да, непросто принять тот факт, что у него появилась целая дочь, в подругах у которой водилась настоящая принцесса. А еще двое детей героев войны, те самые подающие надежды маги – Гордон и Дейнис, – и два совершенных лоботряса, давших Хейди клятву вести себя прилично, из-за чего теперь порядком страдавших.
Это было написано на лицах близнецов.
Наконец вошли в распахнутые двери. Миновали роскошный холл, после чего попали в переполненный приемный зал, из которого попытались выбраться, решив отправиться туда, где посвободнее.
Пробирались, здороваясь и раскланиваясь, через толпу.
Вернее, здоровался и раскланивался преимущественно мой отец и немного Хейди, которую узнавали, а мы, как привязанные, тащились за ними следом.
