Не знаю, какой средневековый знахарь лечил ему ожоги на лице, но я бы этому лекарю руки пообрывала, ибо все равно не в том месте росли… Может, предложить муданжцу помощь? Но шрамы старые, я ничего не смогу сделать. И вот тогда мне точно финдец. Как же отмазаться?! Ма-а-а-мочка-а-а… дети… о!
— Я бы с удовольствием, — начинаю намного более уверенным голосом, чем от самой себя ожидала, — но обязана быть рядом с детьми. А сюда только на минутку зашла… Понимаете, я врач. Если кому-то из них станет плохо, то это вам же создаст лишние трудности.
Вам ведь они нужны… — Я утихаю в страхе что-нибудь ляпнуть.
— Живыми, да, — договаривает террорист за меня. Лапочка моя, ну, давай… — Значит, вы умеете лечить?
— Да, да! — Я энергично киваю. Хорошо, что он так хорошо говорит на всеобщем. С легким таким акцентом, как будто нарочно заставляет этот вялый язык звучать четко.
— Женщина? — с недоверием переспрашивает другой подошедший муданжец на своем родном.
Я еще что-то помню по-муданжски… А что им не понравилось?!
— Старый Угун говорил: «От землян жди неожиданностей», — отвечает ему мой собеседник и снова поворачивается ко мне.
— Мне это нравится. Идите к детям. Алтонгирел вас проводит.
Это имя, осознаю я.
Алтонгирелу эта идея, впрочем, не особо нравится.
— Азамат, да она же просто вы…выается!
Чего я делаю, я не поняла. Слова этого не знаю…
— Ну и пусть вы…выается. Если ей с детьми спокойнее, пусть сидит с детьми, под ногами мешаться не будет.
И нам не придется человека на охрану тратить.
Алтон… э-э-э… гирел не находит, что на это возразить, и велит мне отправляться к детишкам, а сам плетется следом. Он вряд ли знает, куда идти, но пользоваться этим мне незачем. Если меня посадят с детьми, которые им нужны живыми, сами же сказали, то я буду вроде как при деле. Может, еще и не убьют. Может, им за меня выкуп дадут…
Детей согнали вместе, и вой стоит оглушительный. Алтонгирел объясняет двум парням на входе в «детскую», кто я такая, сопроводив мое резюме парой непонятных эпитетов в адрес Азамата.
Парни присоединяют к имени Азамата какое-то слово (ахмад, что ли, как царевич?), которое явно означает, что он тут главный. Меня весьма обнадеживает мысль, что мое предложение понравилось капитану.
Дети все-таки удивительные существа. Своих у меня нет, но я как-никак уже пять лет практикую, да и в студенчестве нянькой подрабатывала.
