Решил, наверное, что жена вознамерилась поставить личный рекорд по заведению его в тупик.
— Ну как, а кому я буду спасибо говорить? У нас принято открывать в присутствии дарителя.
Он только пожимает плечами и послушно идет за мной.
Глава 13
Оставляю Азамата переминаться в дверях, а сама, с трудом найдя между коробками место для ног, принимаюсь распаковывать. Начинаю с той, где видела одежду — можно сразу будет убрать в шкаф и освободить пространство."
"Там не просто одежда. Там платья. Длинные, тонкие, из яркого тамлингского шелка всех цветов радуги — к счастью, не больше двух цветов на платье.
Их там штук двадцать, наверное. У меня аж в глазах рябит. Вытаскиваю подряд, прикидываю на себя — как раз должно быть. Боже мой, я не носила таких с двадцати лет! Хочется немедленно влезть во все сразу, но я тогда до ночи не управлюсь с подарками.
— Какая невероятная красота! — решаюсь наконец разбавить словами нечленораздельные восторженные звуки, которые издаю с момента извлечения первого платья.
Азамат вздыхает с облегчением.
Неужто думал, что мне может не понравиться?
— Сейчас померить? — спрашиваю напрямую.
— Да вы устанете столько мерить, — поднимает брови.
— Ладно, будем постепенно, — охотно соглашаюсь я и аккуратно сгружаю все содержимое коробки в шкаф. Собственные покупки я еще не разбирала, так что там пока есть место.
В соседней упаковке — примерно полкубометра размером — как я уже знаю, всякие шампуни и прочие гели. Я распаковываю ее больше для вида, и так понятно, что мне теперь на пару лет хватит.
Сверху несколько флаконов разных средств той же фирмы, какой у Азамата бальзам, под ними невероятно дорогие кремы, потом… да тут все на вес золота. Мне даже как-то неудобно становится, я явно стою дешевле, чем все, что тут напихано.
— Тут целое состояние, — говорю благоговейным шепотом. — Мне страшно представить, сколько все это стоило…
— Что-то не так? — переспрашивает Азамат.
— Нет-нет, — говорю быстро. — Все прекрасно. Просто так много… и все такое дорогое…
Его явно напрягает моя растерянность, а я не могу найти в себе сил с ней справиться.
Не знаю, как правильно радоваться, чтобы ему было приятно. Ладно, будем действовать на физиологию.
— Иди сюда, — маню его рукой, чтобы нагнулся.
Он наклоняется ко мне, всем своим видом выражая стремление хоть что-то понять в моем поведении. А я прихватываю его под скулы и целую в обе щеки.
— Спасибо тебе, солнце, — говорю растроганно. И еще обнимаю для пущего эффекта.
