Поэтому глажу волосы, щеку, к другой прижимаюсь губами.
Жмурюсь, снова соплю, как ежик…
– Я не прощу другую женщину. Бери все, что хочешь, со мной. Я не откажу.
Признаться в этом мне почти настолько же страшно, насколько в желании завести поскорее ребенка. Мысль мучает. С самого начала мучает. Я пережила любовь к Мите, но не его предательство. С Айдаром просто не вынесу.
А многие же изменяют. Очень многие. Я слышала…
– С чего такие мысли?
– Это очень больно, Айдар. Особенно, когда сильно-сильно доверяешь. Тебе я доверяю как никому…
Мерный стук сердца мужа не ускоряется, а мое колотится в три раза быстрее.
Сама себя накрутила, понимаю. Но невозможно всегда и всё держать в себе.
– Я – не он, Айлин. Но тебя услышал.
Айдар замолкает. Я тоже молчу. Должна тут же успокоиться, но чувствую недосказанность. А потом слышу, как муж хмыкает. Он поддевает мой подбородок пальцами, тянет вверх. Мы ненадолго встречаемся взглядами в темноте.
– Придет время – откажешь. Еще как откажешь. Ты всему научишься, Айлин.
Веревки будешь вить...
Его пророчество бежит мурашками по коже.
Мы опять засыпаем голыми в обнимку. Я со страхом и жадностью смакую сказанные мужем слова. Хочу, как Айдар пообещал. Всему учиться. Веревки вить. Ничего не бояться, быть уверенной, что не потеряю.
Просыпаюсь от звука разъезжающихся штор. Хмурюсь и прячу лицо под одеялом, не желая смиряться с неизбежностью.
Айдар нажал на кнопку, на попятную явно не пойдет. Он уже сорок минут копошится в нашей спальне, пока я из последних сил борюсь с наступившим воскресеньем.
Хочу спать немыслимо. Как будто под веки налили свинца. Даже стыд и желание быть для него идеальной женой не спасают.
Идеальные жены не дрыхнут, пока их мужчина куда-то собирается. А я дрыхну. И отпускать не хочу.
– Айлин, – Айдар окликает, я сдуваю легкие воздушными шариками в ноль.
Скидываю одеяло, хмурюсь, поднимаясь на локте.
Первые секунды самые сложные. Мир крутится. Сил нет. Пытаюсь навести фокус.
Айдар уже одет в брюки и рубашку.
Сердце болезненно сжимается.
Бросает меня опять…
– Который час?
– Почти два…
Ответ мужа ошарашивает. Я даже не смущаюсь из-за того, как пристально он разглядывает меня – вряд ли такую уж красивую после сна. Наверняка на щеке след подушки. Волосы взлохмачены.
– Ого…
Айдар улыбается.
– Выспались зато…
Выставляет руку вперед и манит пальцем.
Зачем-то прижимаю к груди одеяло, поднимаюсь на колени и движусь к краю.
– Я там всё видел, Айка. И трогал. И целовал.
