Интересно, а с другими он просто спит или тоже шутит, комплименты делает, смотрит пристально?
Конечно, делает и смотрит. Ничего эксклюзивного кроме никаха, Айка, который для него не так-то важен. Смирись.
– Даже как-то обидно…
Айдар наконец-то шутит, но для меня – неожиданно. Теперь уже я хмурюсь, а он поворачивается к своему огромному шкафу.
– Какой? – достает на выбор два галстука и прикладывает по очереди к пусть расстегнутой и примятой, но по-прежнему белоснежной рубашке. Темно-синий в мелкую геометрическую крапинку или бордовый.
Сложный выбор. Я не знаю.
– Этот, – указываю на бордовый, Айдар кивает и начинает сматывать. Выбранный мной рулон летит в чемодан, синий возвращает на место, а у меня вдруг неконтролируемый всплеск гордости. Это он ко мне прислушался? Это я теперь решаю?
Айка, не глупи!
– Я один еду. Тебя не зову, потому что не знаю ни свой график, ни занятость. Ни планы твои...
После «я один еду» остальное я почти не слышу. Просто киваю, а у самой камень с души.
Я успела представить, как будет днем и ночью с другой, пока я здесь…
Хуууууух.
Когда снова смотрю на мужа, свечусь счастьем. Чувствую это. А вот Айдар, кажется, не замечает. Уходит в ванную, возвращается с парой чехлов (бритва, зубная щетка), которые тоже летят в чемодан."
"Обо мне Айдар вспоминает только через несколько минут, за которые он успел погрязнуть в какой-то телефонной переписке, а я залюбоваться позой. Ноги поставлены достаточно широко, ткань рубашки натянулась на плечах, голова подана вперед.
Я никогда не представляла себе его без одежды. Слишком скромная для этого, но его мужественность действует на меня очень сильно. Мои университетские подруги сказали бы, что я его хочу. Наверное, всё так и есть.
– А у тебя как дела? – Айдар спрашивает в свой же телефон, приподняв брови. Только по тому, что дальше взгляд поднимается на меня, я убеждаюсь – говорит не с мобильным.
В данный момент – хорошо. Пожимаю плечами, улыбаюсь.
– Думаю, может права получить? Тоже хотела бы иметь возможность сесть и поехать…
Произношу мечтательно, ведя рукой по воздуху в сторону окна.
На самом деле, не особо. Но что-то говорить же надо? Какие-то цели иметь. К чему-то стремиться.
Возвращаюсь взглядом к Айдару, с трепетом осознаю, что он так и смотрел на мое лицо. Раньше – скулу, теперь глаза.
– А у тебя нет? Конечно, получи. В жизни пригодится. Если захочешь – вместе попробуем…
Он так просто предлагает, что у меня почти наворачиваются на глаза слезы.
