— Вам-то не отключил, раз вы Дарёну спасли, — пробормотала Неара себе под нос, но все услышали.
— Ты даже не представляешь, чего стоит сохранить разум в подобной ситуации, — король криво улыбнулся Неаре, а мне вдруг подумалось, сколько же у него терпения — объяснять ей всё это. — Но чем старше дракон, чем больше лет прошло после «обмена», тем лучше он держит себя в руках. И тем дольше он может не поддаваться этой тяге. Но не вечно. Потому-то я и отдал всем приказ принять двуногую форму, а как только его выполнили — обратился сам.
— Как всё же хорошо, что это был именно ты, — покачала головой Лиора. — Надеюсь, для всех вас, девочки, это станет уроком, — королева обвела взглядом всех нас, включая Элиду. — Не просто так самцам запрещено появляться там, где учатся летать новообращённые самочки, а им самим — тренироваться где-то ещё. Законы появляются не на пустом месте. Они помогают избежать беды.
— Мы поняли, бабушка, — серьёзно закивала Элида. — Но Дарёна же не знала, что дракон, и не знала, что обратилась там, где нельзя.
Она не виновата!
— Её никто и не винит. Но пусть её пример станет другим наукой. А то многие просто не понимают, зачем нужны все эти ограничения. Я слышала, что некоторые молоденькие самочки недовольны тем, что ради урока приходится отправляться слишком далеко. Они знают, что их запах привлекателен для самцов, но не понимают — насколько. И считают, что запрет слишком суров.
— У меня были такие мысли в своё время, — вздохнула Истла. — Нет, мне и в голову не приходило нарушить запрет, просто… Казалось, ну что случится, если тренироваться где-нибудь поближе.
Думала, даже если самцы и пролетят мимо, то, почувствовав запах, просто свернут с дороги, и всё.
— Взрослые и опытные — свернут, — кивнул Баэдор. — Но мальчишки, вроде них, — указал на сына и племянников, — потеряют голову. И может случиться непоправимое.
— Это было так страшно, — подала я голос из подмышки мужа.
И хотя пришлось вспоминать не самое приятное событие своей жизни, но сейчас я была вполне спокойна.
За время моего рассказа и обсуждения произошедшего в каньоне, прошло моё странное состояние, когда хотелось закричать или разрыдаться. Я не понимала этого, такого со мной раньше не бывало, но от сыпавшихся на мою голову новостей меня уже просто трясти начало.
А потом, потихоньку, постепенно, я расслабилась. Может, новости закончились, может, разговор отвлёк, но теперь мне уже не хотелось оказаться далеко-далеко ото всех, свернуться в клубочек и ни о чём не думать.
