– Да-да, громоотвод, – согласилась она с этим сравнением. – Ты всегда отводишь от меня беду... А я всегда держу тебя на коротком поводке... Ты не поверишь, но сейчас мне хочется выпить...
– Ты не поверишь, но мне хочется того же... Надо немного расслабиться...
В баре обнаружилась бутылка «Метаксы». Не самый лучший коньяк, но успокаивает хорошо. И в голову бьет крепко. Ксения окосела уже после второй рюмки. Третью отставила в сторону...
– Думаю, хватит...
– Тогда и я не буду...
Музыкальный центр наигрывал медленную мелодию.
Юрий не удержался и пригласил Ксению на танец. Она благодарно улыбнулась и прильнула к нему... Волны ее обаяния вплотную подступили к нему, захлестнули сознание. Запах ее волос, ее кожи пьянил похлеще коньяка... Юрий потерял всякий контроль над собой. А Ксения не очень-то пыталась его остановить..."
"Он еще в танце нащупал ее губы... Она не отвечала на его жаркий поцелуй, но не протестовала. Ее тело напряглось, когда он расстегнул «молнию» на ее платье, но тут же расслабилось.
И когда платье упало к ее ногам, она переступила через него и крепко прижалась к нему.
Ксения не управляла собой и хотела, чтобы он управлял ею. Она готова была плыть с ним на волнах страсти. И они плыли... И заплыли очень далеко. В себя Ксения пришла уже в его постели, когда вместе с ним с безумной высоты плавно опустилась на бренную землю. Он ласкал ее обнаженное тело, а она лежала как бревно и тупо смотрела в потолок. Наконец спросила:
– И как это называется?
– Это называется – жизнь!.
. И мы не должны ни в чем друг друга винить. Тем более что мы ни в чем и ни перед кем не виноваты...
Юрий купался в океане счастья. Наконец-то он познал близость с запретной для него и до безумия желанной женщиной.
– А Ярослав? Разве мы перед ним не виноваты? – спросила она.
Она все так же неподвижно смотрела в потолок, как будто видела Ярослава.
– Нет... Он знал, что я тебя люблю. Он должен был бороться за тебя, за свою любовь. А он не боролся... Он предал тебя, он предал меня.
..
– Что я скажу ему, когда он вернется?
– Тебе не надо оправдываться перед ним. Пусть он перед тобой оправдывается...
– И все равно, мы не должны были так поступать.
– Но мы же так поступили...
– Это первый и последний раз...
– Может быть... Но учти, я буду за тебя бороться. Буду бороться за свою любовь... У меня нет другой женщины, кроме тебя... И никогда не будет...
– Я знаю... – кивнула она. – Но это нас не оправдывает...
– Не знаю...
