Похоже, ей было стопроцентно плевать на нашу парочку, она лишь один раз скользнула по нам безразличным взглядом и продолжила что-то записывать на планшете.
Несмотря на равнодушие Леры, я все-таки попытался вывести ее хоть на какие-то эмоции, а именно – дал рыженькой свой телефон и крайне громко попросил ее номер. Хоть бы хны, не подействовало!
– Валерия, – прорычал я, подойдя к равнодушной заразе, – мы уезжаем. Нам больше нечего здесь делать. Геодезисты и без нас справятся.
– Вы поезжайте, Виктор Романович, а я с Костей приехала, с ним и вернусь, – сказала Валерия и посмотрела туда, где до недавнего времени стоял припаркованный автомобиль Константина.
– Поехали, говорю. Я его отпустил, – рявкнул я и только сейчас заметил, что у Валерии дрожат руки, как у алкоголика после двухнедельной пьянки. Да и кожа на груди вся в красных пятнах. Так часто бывает, когда человек сильно нервничает или переживает.
Вот же я осел! Если эмоции Лера никак не проявляет, это же не означает, что их нет.
Конечно же, мне хотелось прямо сейчас прижать Валерию к себе, да так, чтобы у нее косточки захрустели, и объяснить какой я хреновый стратег, но вокруг было чересчур много зрителей, придется терпеть до машины.
Без всяких слов я взял Леру за руку и, как на буксире, повел к автомобилю. Она хоть и не вырывалась, но шла явно без энтузиазма, а какими кровожадными взглядами одаривала – жуть. Мне кажется, дай ей палку и разрешение как следует меня отдубасить, на мне бы уже через пять секунд ни одного целого места не осталось.
Забравшись в авто, Валерия сразу достала планшет и сделала вид, что над чем-то работает.
– Лер, ты прости меня, дурака, а? – сказал я и боковым зрением слежу за реакцией.
Нахмурив брови, Валерия замерла, а потом, искоса на меня посмотрев, поинтересовалась:
– Ты это за что прощение просишь? Я не поняла.
Выдохнул и признался абсолютно во всем. Рассказал и о том, что специально ей не звонил и не вызывал, потому что догадался, что она меня приревновала, и что намеренно холодно ее приветствовал, когда мы случайно столкнулись в здании фирмы, чтобы понервничала, и что сейчас взял телефон рыженькой лишь для того, чтобы ей насолить.
Валерия слушала молча и смотрела исключительно вперед на дорогу, а еще с каждым моим новым словом она все глубже дышала."
"– Ну, Аблов, и ползучий же ты гад, – обернувшись на меня, злобно выплюнула Валерия. – Да у меня слов нет, какой ты сволочной манипулятор.
