– Она у тебя сейчас золотую рыбку выпросит, – вставила Валерия и отвернулась к окну, показывая всем своим видом, что недовольна поведением как матери, так и моим.
– Я бы предпочла в качестве водителя Германа Олеговича, он чудно управляет автомобилем, не тащится, как черепаха, но и не гонит. Ну так что?
На этот раз моего решения с замиранием сердца ждала не только Калинина, начальник службы безопасности тоже напрягся и, заметно нервничая, поглядывал на меня через зеркало заднего вида. Замешательство сотрудника было понятно – он в моей фирме третье лицо после меня, а тут вдруг его в обычные водители разжаловали.
– Договорились, – кивнул я, потому как ублажать Ирину Сергеевну и ни в чем ей не отказывать для меня стало стратегически важно, а с Семеновым я уж как-нибудь разберусь.
Машина вильнула.
– Олегович, на дорогу лучше смотри, – прикрикнул я на зама.
– Как скажете, Виктор Романович, – процедил сквозь зубы начальник службы безопасности, явно недовольный положением дел.
– Я в шоке, и я дома! – восклицала Калинина, перебегая из одной комнаты в другую, когда мы добрались до уготовленной для нас квартиры.
Все-таки Ирина Сергеевна мне искренне импонирует: живая, задорная, умеет по-детски искренне радоваться приятным сюрпризам, которые подкидывает ей жизнь.
Зато ее дочь забилась в один из углов коридора и, сжимая в руках свою спортивную сумку, хмуро наблюдала за передвижениями Ирины Сергеевны.
– Лера, что-то не так? Тебе не понравилась квартира? – приблизившись, поинтересовался я у нее.
– Квартира просто великолепная, светлая, просторная, стильная, но в этом-то и проблема. Теперь маму отсюда даже угарным газом не выкурить обратно в свою тесную малометражку.
– Не забивай себе голову ненужной ерундой. – Я взял Леру за руку и потянул за собой. – Пойдем покажу твою комнату.
Я провел ее в спальню, которая как нельзя лучше ей подходила.
– Ух ты! – протянула Валерия, оглядываясь по сторонам, а я тем временем зачем-то прикрыл дверь, причем мысли и желания, которые буравили мозг, были сейчас не только не уместны, но и опасны.
Одно необдуманное движение, касание или невинная ласка – и Лера взбрыкнет, соберется, хлопнет дверью и никогда больше и близко к себе не подпустит. Но до чего же тяжко держать себя в руках, когда она рядом, да еще сидит на кровати и, подпрыгивая на пятой точке, проверяет на мягкость матрац. Так, если не хочу наломать дров, надо побыстрее убираться отсюда.
