– Но это мой племянник! Он никогда не жил в детском доме, как вы не понимаете? Ему там плохо! Ему ведь со мной лучше будет.
– Есть законные способы получить опеку над ребенком, но теперь вы лишили себя этой возможности.
– Как будто до этого они были, я ж не замужем, – буркнула она и вдруг расплакалась навзрыд.
В этот момент раздался рык Державина, который не вовремя оказался около кабинета моих оперов.
– Довлатов! О чем мы с тобой говорили полчаса назад? Ты опять за старое?! Строгий выговор с занесением в личное дело!
От его рева зазвенело в ушах и задрожали стекла на окнах.
Черт! Мне никак нельзя получать выговор. Едва возникшая мысль быстро трансформировалась в задачу, и я принял оперативное решение. И себе помогу, и девчонке подсоблю. Убью одним выстрелом двух зайцев. Усыновлю собственного ребенка, помогу с опекой над ее племянником и… Нет, три зайца. Удовлетворю мужской интерес. Сразу же подметил ее узкую талию и широкие бедра, которые так и просили моей пятерни на ягодицах.
Если, конечно, насчет корвалола не соврала. Хотя маловероятно. Все алкаши горазды врать и выгораживать себя.
– Это моя невеста, товарищ полковник, – мрачно произнес я и задвинул девчонку себе за спину. – Она от радости плачет. Я ей только что сделал предложение.
Глава 2
Диана
Убойная доза корвалола никак меня не спасла. Проблема не исчезла, и Максимке я совсем не помогла. Скорее, еще больше всё запутала, попав в полицейский участок. По правде говоря, идея похитить племянника была не очень и с самого начала попахивала провалом, но я была в отчаянии! Очень переживала за малого.
Как он там? Один, такой маленький, в этом страшном месте.
Так что я попыталась…
А попала сюда. На допрос к молодому оперу едва ли старше меня, которому на меня было откровенно наплевать. Но допрос у него показался мне цветочками, когда меня передали в руки его коллеге. Огромному мужику с наглыми глазами и маньячным поведением. Злому и агрессивно настроенному.
Накинулся на меня так, как будто я не родного племянника из детдома хотела забрать, а наладила бизнес по торговле людьми и органами в придачу.
Жизни учил, про законы рассказывал и угрожал. А еще, цепкий такой гад, учуял, что я корвалола хлебнула, и принял меня за алкоголичку!
Крышу не сорвало бы только у святого, а я таковой никогда не являлась, посему не выдержала и сорвалась на крик. Да только разве докричишься до этого грубого мужлана? На него ничего не действовало.
