Как же он его видит, подумал Саша? Прибор ночного видения? Тогда это точно Олег. Тот был повернут на всяких подобных штуках. Состоял в команде пейнтболистов, и участники этой команды часто использовали подобные вещи в своих игрищах.
— Ты молодец, Саша, — вдруг похвалил его человек, сидевший перед ним на корточках. — Ты все правильно ответил. Честно! И я отпущу тебя.
— Правда? Спасибо! Спасибо тебе! Спасибо!
Он поймал себя на мысли, что если бы не связанные руки, он бы упал ниц и принялся целовать башмаки своего тюремщика.
Принялся бы лизать их, возносить мучителя в молитвах. От подаренной надежды на спасение у него кружилась голова. Ему легко дышалось даже этим смрадным воздухом. Он не знал, сможет ли сделать хотя бы шаг, когда его освободят от кандалов, слишком долго он просидел на привязи. Но точно знал, что, если не сможет идти, поползет, станет рвать когтями землю, лишь бы выжить! Лишь бы этот кошмар закончился.
— Я отпущу тебя, Саша. Но не сразу, — отрезвил его чужой шепот.
— А когда, когда?! Я хочу туда, на волю! — заканючил он противным самому себе голосом. — Пожалуйста!
— Выйдешь ты на волю, Саша, не волнуйся. Но после того, как сделаешь для меня кое-что.
— Что? Я готов!
— На все готов ради свободы?
— Да, да. Конечно!"
"Его мысли путались. Собственный голос казался ему чужим, посторонним, неосторожно обещающим то, что, возможно, и нельзя было обещать. Но желание увидеть солнечный свет, вдохнуть свежий воздух было невероятно сильным.
У него зудело лицо, ныли плечи, онемели запястья, болели колени. Он мерзко вонял. Он — чистюля и аккуратист — вонял бродячей собакой!
Он хотел воды. Много воды! Хотел слышать ее журчание, пить ее, купать свое истерзанное тело, хотел запаха мыла. И ощущать во рту вкус мятной зубной пасты. Хотел снова увидеть свой дом и с удовольствием понаблюдать за тонкой кофейной струей, бегущей из кофейной машины в чашку. Хотел огромный кусок колбасы с белым хлебом. И жареной курицы.
Он слаб телом и духом, подумал Саша в свое оправдание, потому что он всего лишь простой человек.
Не знающий, за что подвергся таким испытаниям! За Ольгу?! Так не он первый, не он последний! Разве можно так измываться из-за какой-то шлюхи?!
— Так ты готов? — переспросил его человек, превративший его жизнь в ужас и смрад. — Ответ — да, и ты через час на свободе. Ответ — нет, ты умрешь в куче собственного дерьма и рвоты.
— Да, — без колебаний ответил Саша.
