– Проболтаться боишься? – безжалостно поинтересовалась Настя.
Катя покорно согласилась с Настей – только что назначенным капитаном:
– Боюсь. Ты же меня знаешь.
С ума сойти, я перед ней робею!
Настя на секунду задумалась. И предложила:
– Раз так – ты и иди к Фомичу.
– Но… но – может быть, лучше всем вместе?
Настя покачала головой и важно – на правах капитана команды – сказала:
– Дальновидности в тебе нет… Зачем же ему сразу про команду-то ляпать? Зайди в гости, посиди, напросись на чаек. Поспрошай – в целом.
Что он про групповую акробатику думает? Что – про женщин? Что – про прыжки с большой высоты?..
Катя с уважением взглянула на Настю. Пожалуй, она дело говорит. Интересно, почему же она раньше не замечала в этой невысокой черноволосой девчонке ни острого ума, ни умения принимать решения, ни организаторских способностей? Катя всегда смотрела на Настю Полевую, выпускницу какого-то там Кооперативного института, а ныне – продавщицу, несколько свысока. Шумная, порой вульгарная и совсем не начитанная… Хоть век живи – менять мнение о людях никогда не поздно!
Катя покорно сказала:
– Конечно, Насть.
Сегодня же схожу. После ужина. Или раньше, если поймаю.
Катя в отличие от большинства спортсменов совсем не боялась начальника аэроклуба Ивана Фомича. Они даже немного приятельствовали. Оказалось, что старый воздушный волк в свободное от летных обязанностей время увлекается ни много ни мало – поэзией Серебряного века. И сам грешит стихотворчеством.
Когда Катя об этом узнала, она пришла в полный восторг.
И на второе августа, день ВДВ, подарила Фомичу томик Брюсова с теплой дарственной надписью. Начальник, не привыкший встречать в спортсменах ни страсти к поэзии, ни склонности дарить подарки, благодарно принял книгу. Поставил ее на видное место в своей комнате. И стал явно выделять Катюшу среди других аэродромовцев – тем более что она в буйстве замечена не была, в тотальных пьянках участвовала осмотрительно и парашют всегда открывала не ниже восьмисот метров.
Кате удалось подкараулить Фомича после завтрака. Прыжки откладывались – налетели облака, поднялся ветер. По громкой связи объявили:
– Нижний край – пятьсот метров. Прогноз благоприятный. Расчетное время начала прыжков – четырнадцать ноль-ноль.
Спортсмены разбрелись по комнатам. Валя только успела заварить свой знаменитый чай, как за стенкой, в комнате воздушного аса, послышались шаги.
– Ну, ни пуха! – прошептала Валя, провожая Катю до двери.
