Манёвр не удался: прервав шумную дискуссию о том, почему в фонтане нынче ночью нельзя будет купаться — из-за рыбы или из-за обрушившейся чаши — начальственный голос с радостным изумлением продолжил:
— Так-так! А вы и девицу с собой привезли! Туристка? Давайте её тоже сюда. Ренар, а она хорошенькая? Хотя — любую тащите, девиц много не бывает.
Он попытался ещё сильнее высунуться, но был приторможен второй дамой, пришедшей на помощь первой. Василиса засомневалась — удержат ли: мужик сопротивлялся, а дамы активно пытались друг друга оттолкнуть.
Выглядело всё очень забавно, как в театре теней, но только до тех пор, пока мужик не заговорил сладким сюсюкающим голосом:
— А вот я заметил, что там кто-то серенький прячется, пушистенький такой. Зайчик? Котик? Нет? А кто же тогда?
Выслушав летящие со всех сторон подсказки с преобладающим словом «бывший», он гордо выпрямился и поинтересовался:
— А кто его приглашал? Ты? Или ты? Никто? Я так и думал. Так что его нам здесь не надо.
Он опёрся руками о подоконник и заорал:
— Вон его, вон! Стражааа!
Волк отступил на шаг назад, чуть согнул задние лапы и напружинился.
А Василиса внезапно успокоилась. Последние два года она подрабатывала помощником юриста в крупной фирме, и корпоративов с принудительным посещением повидала достаточно, так что навыки общения с нетрезвыми и раздухарившимися начальниками сработали автоматически. Она вышла вперёд, оттолкнув взбешенного Ренара, встала в пятно света, состроила максимально глупое лицо и с восхищением спросила:
— Ой, а рубашка у вас из настоящего китайского шелка, да?
Естественно, рубашку на мужике в бьющем из-за спины свете было не рассмотреть, но не может же такой важный человек в холщовых ходить?
Расчёт оказался правильным — жалко, что галстуки здесь не носят, с ними ещё лучше срабатывает.
Но и так получилось нормально — мужик резко успокоился, огладил пузико и снисходительно ответил:
— Не хватало мне ещё китайское носить, что здешнее, что тамошнее. Нет, дорогая, это Версаче.
Слышала? Хотя — если хватило денег сюда приехать, не могла не слышать. Вот так-то. Мы здесь тоже — не хуже, чем там. Так что давай, поднимайся к нам, полюбуешься, рисунок — специально для меня делали.
Василиса восторженно охнула и затараторила:
— Как же я сразу не поняла — уж простите, темно, не рассмотрела. Я сейчас, быстренько переоденусь, не в таком же виде вам показываться. Только уж вы мне кого-нибудь пришлите, чтобы в терем мой отвели, и причесаться нужно.
