Она не чувствовала, как дядька Мирон пытается поднять её, не слышала надрывного плача тётки Анисьи и утробного воя Ликси, которая вцепилась в лицо отравительницы и рвала его когтями.
Последней мыслью было:
— А я ведь так ничего и не узнала. Наверное, это и называется — умереть от любопытства. Как глупо!
Глава 16. Битва у трактира"
"Обида жгла глаза, пережимала горло, не давая дышать, а при попытке пошевелиться отзывалась болью в затылке. Василиса тяжело, надрывно закашлялась, вытерла слёзы и села, не обращая внимания на ощущение раскалённого шара, перекатывающегося внутри черепа и замыкающего оголённые нервы.
После очередного разряда, пронзившего тело от макушки до пяток, обида ушла, уступив место озверению. Девушка открыла глаза, увидела сидящую рядом на полу заплаканную тётку Анисью, бороду наклонившегося над ними Мирона и злобно спросила:
— Что это, чёрт побери, было?
На колени ей вспрыгнула Ликси, поставила лапы на плечи и начала вылизывать лицо, отрываясь только для того, чтобы что-то объяснить.
Что — было непонятно, потому что от переживаний кошка перейти на человеческий язык забыла, и слушатели вздрагивали от трагического, с завываниями мява.
Дядька Мирон, безапелляционно заявив, что Василисе нужно на воздух, подхватил её на руки вместе с Ликси, вынес во двор и бережно уложил под яблоней на притащенный кем-то из сыновей матрас. Анисья подсунула ей под спину кучу подушек, накрыла пледом и, пригорюнившись, села рядом:
— Отравила тебя эта мерзавка, деточка, как есть — отравила.
И в чай зелье какое-то подлила, и в варенье намешала. А затылок ты не трогай, шишка там у тебя, если бы не коса — так и совсем бы голову разбила.
Василиса осторожно перевела взгляд на крыльцо — на верхней широкой ступеньке, тихо поскуливая, яркой неопрятной кучей лежало спутанное верёвками тело, а распущенные волосы свисали чёрным языком до самой земли.
Поморщившись от боли, девушка жалобно спросила:
— Ну, зачем она так? Я ведь объяснила, что не нужен мне её Ренар, и вообще никто не нужен.
Анисья пожала плечами:
— Так Ренар её откуда-то с Востока привёз, а в тех краях, рассказывают, все друг друга травят без остановки, и яды такие хитрые. Ну, и он сам хорош.
Василиса удивилась:
— А почему тогда я жива? Яд некачественный оказался? Или меня теперь и отрава не берёт?
— Яд нормальный был, такой, от которого ничего не убережёт, как бы вообще не роса с чёрного лотоса. Это кошка твоя сумасшедшая тебя спасла.
