Делаю знак рукой, чтобы сел.
Маша поворачивается ко мне и улыбается одними своими синими глазами. Дать бы тебе по заднице за непослушание.
Не взять? Обидится.
— Здравствуйте, Мария Сергеевна! — официально, присаживаясь на край стола. — Какими судьбами к нам?
— У вас вакансия, Рома... Роман Эминович, — подыгрывает мне.
— А как же социология? Преподавание?
— Я уволилась."
"Клинская, ты что творишь?! Я же тебе теперь точно отказать не смогу. А потом жалеть стану. Ты весь день перед глазами мельтешить будешь, а мне что делать?
Скольжу глазами по изгибу шеи, обнаженным плечам, груди без признаков бюстгальтера, задранной выше коленей юбке, открывающей вид на стройные ножки.
Сука... В голове начинает шуметь кровь. Невольно облизываю губы от аппетитности Маши. Краем глаза замечаю, что мой плотоядный взгляд лёгкой усмешкой оценил Кравцов.
А потом смотрю на пальчик на правой руке. Кольца нет. Сразу начинает внутри подгорать.
Клинская видит моё недовольство и прячет руку, виновато потупив глаза.
— Мария Сергеевна, пройдёмте в мой кабинет. Я лично проведу с вами собеседование, — протягиваю ей руку.
В её взгляде смятение. Да не бойся ты! Получишь раз по сраке, чтобы кольцо не снимала, а потом зацелую до охренения. Взять ли тебя на работу я ещё подумаю.
Берёт меня за пальцы и встаёт.
— До свидания... — кидает на выходе Кравцову.
Идём рядом молча, все пялятся. Мужики повылазили, чтобы на Машу посмотреть. Шушукаются и смотрят косо.
Прячу Клинскую в свой кабинет, сам выхожу к сотрудникам.
— Что не работаем? Перерыва ещё не было! — рявкаю на собравшуюся толпу.
Разбегаются по местам.
Машка в кабинете робко сидит в кресле у стола, сложив руки на сумочку.
— Кольцо где? — встаю напротив.
— Здесь, — достаёт из сумки.
— Надела!
— Ром, ты чего? — возвращает украшение на палец.
— Ничего. Знаешь, зачем я кольцо себе купил? — сжимаю челюсти.
— Да... Чтобы за компанию...
— Нет. Чтобы бабы не строили глазки и не приставали! — выпаливаю.
— Так я не поняла! — складывает руки на груди и встаёт в позу.
— Какие бабы, Шолохов? Кто тут к тебе пристаёт?
Теперь мне становится не по себе. Хотел её отшлёпать, а по ходу отхвачу сам. Но врать и отпираться уже поздно.
— Обычные. Их много...
— Шолохов, ты охренел?! Вот так мне в глаза говоришь, что тебя кто-то клеит?
— Ты тоже не невинность. Коленки свои Кравцову показывала. И весь офис теперь на ушах от твоего появления. Скромнее платье не могла найти?! Деловое что-нибудь...
