— И что ты просишь, кузен? — спросил он у Даллана.
— Воинов, дабы усилить мощь Далриады. Сколько человек можешь ты послать со мной, чтобы сбросить этих саксонских псов в море и утопить раз и навсегда?
— Клянусь сыном Бели Моур, я к завтрашнему вечеру соберу сотню воинов и быстрые корабли, чтобы доставить их куда нужно. И еще клянусь честью своей, которой я дорожу, — добавил он, глядя Моргане в глаза, — что ни один ирландец из проживающих на пятьдесят миль от Белфаста не поднимет меча на любого сына Британии и не нагрянет на британские берега в поисках поживы.
— Я рада слышать это. Медройт уже послал в Гэлуиддел весть о том, что ирландцы из Далриады теперь наши соотечественники.
Брадайг мак Арт поднял свой серебряный кубок:
— Раз так — выпьем за союз Ирландии и Британии, скрепленный кровью и дружбой. И за победу над нашими общими врагами, саксонскими псами!
И все торжественно выпили за это."
"Затем Брадайг послал гонцов во все концы своей страны, призывая своих подданных — по старшему сыну от каждой семьи — на войну.
Бренна следила за всеми этими приготовлениями с замиранием сердца. Остановить то, что она привела в движение одной только своей мыслью, было уже невозможно. И все же легкая, печальная улыбка коснулась ее губ. По крайней мере то, чего она добилась, можно было считать чудом дипломатии. Для начала неплохо.
Далекий звук сигнальных рогов прорезал серый рассвет над Бэдон-Хиллом. Стирлинг допил остаток пива и отодвинул кружку.
Через пару минут он уже тянул меч из ножен, стоя в ряду гододдинских катафрактов; войско Кадориуса стояло на одном фланге, войско Мелваса — на другом.
— Первая линия — по местам! — крикнул он. Остальные британские короли, принцы и прочие военачальники отдавали распоряжения своим людям. Далеко внизу новый сигнал послал сотни людей с поднятыми наготове копьями и пиками вперед. Лучников среди них Стирлинг не увидел ни одного, зато дротиков хватало, так что ему пришлось пригнуться, когда первая туча этих легких снарядов с острыми наконечниками со свистом обрушилась на стены.
Бритты заслонились от них стеной дубовых щитов. Острия дротиков забарабанили по ним — одни втыкались глубоко в дерево, другие отрикошетили и полетели над головами первой линии защитников в каменную стену.
По команде Анцелотиса, пробежавшей в обе стороны по линии оборонявшихся, туча тяжелых римских копий-пилумов устремилась вниз, на щиты саксов.
