Точнее, вполне понятное опустошение. Я в бессилии откинулась на подушки и устремила взгляд в потолок. Шон подошел и сел рядом со мной.
Духи предков, почему так стыдно его обманывать? Я же не восемнадцатилетняя полуэльфийка, а взрослая женщина, которая прошла войну и на глазах которой погиб весь род. Стэндиш тоже встал рядом и спросил:
– Кто ты такая?
Я скосила на него взгляд и процедила:
– Меня зовут Шиясса Гемхен.
– Конечно, – мрачно улыбнулся он. – Тогда расскажи мне, откуда у тебя дар некромантии?
– Какой дар? – переспросила я, приподнимаясь на локте и пытаясь изобразить искреннее удивление.
– Некромантский, Шиясса. Что ты сделала с хаккой?
– Не помню, – пробормотала я.
– А то, что ты сказала мне про Тьена? – продолжал допрос Стэндиш.
– Не помню, – еще более недоуменно пробормотала я.
– Оставьте ее в покое! – взвился Шоннерт. – Какая некромантия? Она полуэльфийка. Вы что, в школе не учились? Эльфы ненавидят некромантов.
– Я знаю гораздо больше, чем ты, мальчишка, – осадил его Святой. – Есть вещи, которые девочка из Нуамьенна знать не может.
Например, как звали меня рибенцы. Или… Закон Духов. Даже в Рибене его знают не все. Только Ходо и Мисуто. Ходящие по Грани и Стерегущие Грань.
От его слов я вздрогнула. Тут же подавила реакции тела Шияссы, стиснула зубы и опустила глаза. А потом бросила на Шона умоляющий взгляд.
Юноша резко встал и процедил Стэндишу в лицо:
– Отпустите ее. Иначе я буду жаловаться.
– Кому ты пойдешь жаловаться, мальчик? – издевательски сказал охотник. – Ректору академии? Деду, который не признал вас? Или, может быть, барону Фиррему, который вынес из твоего дома все, что мог? А то, что не смог, теперь будет трясти с тебя…
Шоннерт на миг изменился в лице, и Святой понимающе добавил:
– О, уже трясет.
И что ты будешь с этим делать?
– Не знаю, – насупился Шон. – У меня нет того, что он ищет.
– И что же это?
В комнате воцарилась мертвая тишина. Я сцепила руки на коленях и старательно рассматривала свои тонкие пальцы.
– Неважно, – наконец выдавил Шон.
– Это личное дело родов Гемхен и Фиррем.
– Род Гемхен не интересуется вами, мальчик, – холодно напомнил ему Стэндиш. – Вы для него просто пыль под ногами, два бастарда. А ваш папаша и не подумал признавать полукровок. Впрочем, для остроухих это как раз обычное дело. Думаешь, сможешь выбиться в люди благодаря академии?"
"Шоннерт сжал кулаки, взглянул в глаза Святого и яростно сказал:
– Да, смогу! Я стану лучшим на этом курсе. Получу должность и положение.
