Перспектива объяснений с Орденом меня совсем не прельщала. Сбежать от Аккеро… тоже не выйдет. Если я не закончу академию, то потеряю это тело. Вслух я сказала:
– Не ожидала, что Фиррем так хорошо подготовится. И что с ним будет Айсабуро Тайджу.
– Которого ты убила, – напомнил Стэндиш. – И теперь нам придется объясняться еще и с Рибеном. Я тоже такого не ждал.
О своем поступке я не жалела и отвечать Стэндишу не стала. Вместо этого спросила:
– Где моя катана?
Святой молча ткнул в сторону. Я увидела, что клинок лежит на столе у окна, и у меня отлегло от сердца.
Рядом поблескивала гладкими черными боками окарина. Мое оружие на месте.
Тут вошел герцог Бейтан. Владетель этих земель похудел и осунулся за прошедшие сутки, лицо его было мрачным.
– Очнулась? – спросил он. – Идти сможешь?
– Попробую. А что случилось?
– Люйлен хочет видеть тебя.
Сердце сжалось, когда я вспомнила об эльфийке.
– Она… – осторожно начала я, уже зная ответ.
Герцог подтвердил мои худшие догадки:
– Вероятно, не выживет.
Люйлен почти не приходит в сознание и все время зовет тебя. Будет лучше, если мы пойдем сейчас.
Я кивнула, и оба мужчины покинули комнату. Вошла юная служанка, которая помогла мне одеться. Мне выдали вычищенные брюки, другую рубашку и кожаный жилет. Тьен все это время сидел рядом с кроватью. Затем я положила руку на холку пса, и мы вышли в коридор. При нашем появлении Стэндиш и герцог Бейтан замолчали и обменялись многозначительными взглядами.
– Идем? – уточнила я.
Они кивнули. Герцог пошел первым.
Святой холодно посмотрел на пса, и тот нехотя отступил от меня. Пришлось идти следом за Бейтаном, слушая за спиной недовольное сопение Святого. Интересно, это он своего пса ко мне приревновал или меня к нему?
«А тебе он нравится? – внезапно спросил Тьен. – Стэндиш».
Я споткнулась на ровном месте. К чему эти вопросы? Мне? Стэндиш? С чего бы? Он моего учителя убил и вообще… Почему мне должен кто-то нравиться? Предыдущий, который нравился, мне голову снес. Как и нашим детям.
Я почувствовала, как внутри вспыхивает безотчетная ярость, а кулаки сами сжимаются. До Харуто я обязательно доберусь.
«Хорошо», – коротко ответил пес.
Я не поняла, что имел в виду Тьен этим «хорошо», но спросить, почему этот вопрос его волнует, не успела. Мы пришли.
Ли-Ин лежала на постели в огромной комнате с шикарной обстановкой. Белые шелковые простыни только подчеркивали восковую бледность лица эльфийки. Потускневшие золотистые пряди разметались по подушке.
