– Я его не ненавижу. И я уверена, что мы с ним найдем способ поладить, если все будет серьезно.
Хотя, мне кажется, все уже серьезно. Разве не в этом был смысл того вечера? За это мы все чуть не сгорели заживо из-за жаркого, или чем там была та почерневшая масса?
Моя мать влюбилась по уши в какого-то Чада. Хоккеиста в придачу. Что это за хоккейное проклятие на нашей семье? Мой папа играл в хоккей? В России это же вроде тоже популярный вид спорта?
Может, любовь к хоккеистам прописана у меня в ДНК, точно вирус, спящий до поры до времени?
Неужели я воплощу в жизнь одно из тех гребаных клише и выйду замуж за копию своего отца?
Это что же, я только что намекнула на то, что выйду замуж за Конора?
Черт.
– Но как это будет происходить в долгосрочной перспективе? – спрашиваю я. – Ну, если у этого всего есть долгосрочная перспектива. Ты будешь ездить туда-сюда или…
– Мы это не обсуждали, – перебивает она. – На данный момент это не…
Теперь моя очередь перебивать.
– Ты же понимаешь, что не можешь уйти из МИТ, да? Ради мужчины.
Я не хочу быть снобом, или мразью, или называй это как хочешь, и я не пытаюсь тебя задеть. Но ты не уйдешь ради него из МИТ, ясно?
– Тейлор.
– Мам."
"Меня охватывает паника, и я осознаю, что, может быть, это новое развитие событий тревожит меня больше, чем я готова признать. Не то чтобы МИТ и Брайар находились настолько далеко. Но на мгновение я представила, как мама продает наш дом, мой детский дом, и – меня охватил страх. Да, я точно еще не все осмыслила.
– Тейлор.
Я хочу, чтобы ты кое-что знала, – твердо говорит она. – Ты всегда будешь на первом месте.
– Да.
– Всегда. Ты моя дочь. Мой единственный ребенок. Мы всю твою жизнь были командой, и это не изменится. Я все еще рядом с тобой, несмотря ни на что. И ни на кого. Если ты решишь…
– Я не буду требовать от тебя перестать с ним встречаться, – выпаливаю я, потому что понимаю, куда она ведет.
– Я знаю.
– Я хочу, чтобы ты была счастлива.
– Я знаю. Я просто говорю, что, если до этого дойдет, я всегда буду ставить свою дочь выше всего и всех.
Это даже не обсуждается. Ты же знаешь, да?
Но были времена, когда она этого не делала, и мы обе это помним.
Были времена, когда она боролась за должность и повышение, писала книги и ездила по университетам с лекциями. Когда она проводила весь день на кампусе, а потом на всю ночь закрывалась в своем кабинете или пересаживалась с одного самолета на другой. Забывала, в каком она часовом поясе, и будила меня звонком посреди ночи.
