Как потом показал допрос пленных, бандиты готовили засаду на армейский грузовик с продовольствием, который должен был проехать в сопровождении БМП. И никак не ожидали нарваться на разведроту спецназа ГРУ. Но – нарвались и были большей частью уничтожены. Тот случай прочно засел в моей голове. Я понимал, что, окажись я без оружия, как тот же старший прапорщик Котовский, меня бы тоже расстреляли. И неизвестно, успели бы вмешаться солдаты или не успели бы. Но с тех пор мои руки на подсознательном уровне в любой ситуации так цепляются за оружие, что его и нескольким людям из рук не вырвать.
С управлением «Камаро» Вячеслав Петрович справлялся без видимых усилий. Он вообще, как мне всегда казалось, с любой техникой способен справиться. Биксеноновые фары выхватывали далеко впереди убегающий внедорожник, но дистанция сокращалась быстро. А скоро стал виден и микроавтобус ФСБ, перегородивший дорогу. Если бы это был большой полноценный автобус, у внедорожника не было бы шансов прорваться, потому что тогда была бы перегорожена вся дорога, а так значительная часть ее оставалась свободной.
Правда, только для прохода пеших людей, а широкий внедорожник промчаться там никак не мог. Тем более что по машине открыли интенсивный обстрел три «ствола» – два справа, один слева от дороги. Но внедорожник сбавил скорость только незначительно, хотя и этого было достаточно, чтобы дистанция между ним и «Камаро» значительно сократилась.
Сам я знаю слабое место легковой машины. Это из курса экстремального вождения, который я проходил.
Следует на скорости минимум в шестьдесят километров в час ударить стоящую впереди машину примерно на шестьдесят сантиметров дальше заднего колеса, и тогда можно развернуть мощный шестисотый «Мерседес» маленьким «Запорожцем». Тем более у «Запорожца» двигатель традиционно находится сзади, значит, возможности повредить «сердце» и «мышцы» атакующего автомобиля попросту нет. Но относится ли это правило к микроавтобусам, я не знал, и инструкторы Федеральной службы охраны, которые обучали нас на своем полигоне в Балашихе, ничего нам про это не говорили, скорее всего, потому, что сами этого не знали.
Я в оба глаза с любопытством смотрел, что у водителя получится. И получилось. Видимо, он сам пригнулся, оставив на руле только руку, чтобы спрятаться от пуль, которые превращали в «дуршлаг» его лобовое стекло, и только время от времени, как я догадывался, приподнимал голову, чтобы видеть, куда ехать, и не вылететь с дороги.
