– Товарищ подполковник, хорошо, что вы еще на связи, – донесся издалека голос старшего лейтенанта Соломина. – Мы догнали беглеца. Это не Бобин. Мне фотографию Бобина полковник Альтшулер показывал. Этот и ростом намного ниже, и сам из себя весь квадратный, фигурой совсем не тот, к тому же «расписной», все пальцы в перстнях. Разговаривать, уголовщина, не хочет.
– Ладно, передай его подполковнику Балакиреву. Может, подполковник что-нибудь от него добьется.
– Понял, передать подполковнику Балакиреву.
– А второй беглец что говорит?
– С ним я своего бойца оставил. Он раненому ноги перевязывает и присматривает за ним, чтобы на руках не сбежал. Судя по всему, второй атаки не предвидится. Некому больше у бандитов атаковать. Что выяснится, если связь будет, я доложу…
– Договорились. Только связь скоро прекратится. Я быстро еду. Можешь через Москву дальнюю связь организовать, аппаратура позволяет.
– Хорошо, товарищ подполковник, я так и сделаю. Запрошу московский узел связи, они вас найдут через спутник и вызовут.
Мне даны такие полномочия. Конец связи?
– Конец связи… – подтвердил я старой армейской формулировкой.
Меня при этом совершенно не задело то, что какому-то старшему лейтенанту дали полномочия пользоваться спутниковой связью, а мне, подполковнику, ни о каких полномочиях и слова не было сказано. Просто я прекрасно понимал суть нашей Службы. Полномочия выделяются не человеку, а ситуации. В данном случае Служба считает необходимым уничтожить Николаева, и потому услуги спутника предоставляются старшему лейтенанту Соломину.
Считается, что уничтожить отставного подполковника в состоянии только взвод. А о моей деятельности в качестве противника Николаеву в ГРУ, скорее всего, мало что известно, вот меня и не наделяют полномочиями. В свое время я со спутниками работал в испытательном режиме. И, как мне подсказали знающие люди, поэтому получаю сейчас гражданскую пенсию и не имею права носить форменную одежду и государственные награды.
Кроме того, мне до конца моих дней закрыт выезд за границу, даже в страны бывшего СССР. Видимо, когда-то эта же участь уготована и старшему лейтенанту Соломину.
До выезда на основную дорогу нам все же попалась машина ДПС. Мне показалось, что это та же машина, что останавливала меня для проверки документов в первый раз, когда инспектора заподозрили неладное из-за моей не быстрой езды.
