Деревья прикрывали машину своими кронами.
Постепенно начало темнеть. Осенние закаты всегда бывают ранними, тем более поздней осенью, когда уже давно пора бы и снегу вовсю валить, а его все не было. Ну, и хорошо, что не было, нет необходимости следы своей деятельности заметать. Заметать следы в спецназе хорошо учат, но не мне было конкретно этих солдат обучать, я отдавал приказания только командиру взвода, а он уже «переводил» их своим подчиненным, как было когда-то, когда я командовал разведротой.
– Старший лейтенант, занять круговую оборону и подготовить дополнительный оборонительный рубеж с одной и с другой стороны, откуда возможна атака противника.
Старший лейтенант по системе связи вызвал к себе двух командиров отделений – сержанта и младшего сержанта – и отдал им приказы. Командиру третьего отделения приказал подойти к нам. Когда младший сержант контрактной службы прибежал, командир взвода, отключив свой микрофон, наклонился к самому его уху и негромко спросил:
– Костик! Как бы ты стал с той стороны вот этот забор преодолевать? – показал Соломин на памятный мне забор еще с первой ночи, около которого я завершал показ мастер-класса от спецназа ГРУ.
– Нормально, товарищ старший лейтенант. С разбега. Руками ухватиться и тело перебрасывать. Главное, в момент подъема не задерживаться, чтобы инерцию бега использовать. Это известное правило.
– Продемонстрируй в одну и в другую сторону."
"Рослый младший сержант перебрался сначала в соседний двор, причем сделал это достаточно ловко, потом Соломин попросил его «притормозить» и, подойдя к забору с малой саперной лопаткой в руке, дал приказ к преодолению препятствия.
Константин перепрыгнул через забор, оттолкнулся двумя ногами и пролетел дальше, каким-то образом попав в мои объятия, И я сумел как следует рассмотреть, несмотря на темноту, его лицо. Это был, несомненно, опытный контрактник, уже несколько сроков прослуживший в спецназе. На лице были заметны шрамы, среди которых я без проблем выделил несколько шрамов от осколков подствольного гранатомета.
Но долго рассматривать младшего сержанта у меня не было причины. Я следил за действиями старшего лейтенанта Соломина, который после приземления командира третьего отделения посветил на землю фонариком и провел лопаткой линию на земле на десяток сантиметров дальше глубокого следа. А после этого начертил прямоугольник высотой в полтора метра и шириной в два с половиной.
– Костик! Твое отделение копает яму. Глубина – сантиметров сто пятьдесят – сто шестьдесят.
