– Что там за маниакальная депрессия?
– Что… что ты имеешь в виду?
– До этого утра ты не отвечала на мои звонки, письма и сообщения на Facebook…[17]
– Меня нет на Facebook.
– Редкий вид человека, на грани вымирания, – прокомментировал Маршалл.
– Да без разницы, – фыркнула Либерти. – Дело в том, что вытащить тебя сюда было мини-чудом, а ты берешь и молчишь. Одно дело быть подавленной – мой ПМС убил бы женщину послабее, но у тебя явно другое. Что случилось?
– Ладно, – обреченно вздохнула Натали, – но давайте выберем место потише.
В задней части бара располагалось патио. Друзья устроились там за деревянным столиком в углу, причем Маршалл и Либби сели с одной стороны, чтобы дать ей пространство. Натали одарила их благодарной улыбкой, впрочем, быстро промелькнувшей и исчезнувшей.
– Я ходила на свидание с Джулианом.
Друзья отреагировали одновременно.
– Что?
– С кем?
Либерти толкнула Маршалла локтем.
– Ну вспомни, Джулиан… из кофейни. Стремный чудак, который весь вечер что-то пишет.
– Никакой он не стремный и не странный, – устало возразила Натали, но подруга словно и не слышала ее.
– Подожди, у тебя было свидание? Когда?
– В Рождество. Он повел меня в приличный ресторан…
– Рождество? – резко переспросила Либерти. – Это ж давно было! Технически в прошлом году.
– Либерти… – тихо протянул Маршалл.
– Прости, мне просто казалось, что друзья делятся такой информацией, – фыркнула она, подкуривая сигарету.
Маршалл повел себя более корректно.
– Почему ты не рассказала нам, дорогая?
– Потому что рассказывать-то нечего.
Мы вкусно пообедали и… все.
– Что значит «и все»?
– Просто… ничего не случилось. Мы поцеловались и…
– Ты поцеловала его? – Глаза Либерти вспыхнули. – Что за черт, Натали?
– Либерти, ради бога, позволь ей все рассказать.
– Я просто пытаюсь понять, почему это произошло, а мне даже не позвонили.
Натали закрыла глаза ладонями.
– Я не могла тебе позвонить. Слишком стыдно.
Либерти погасила сигарету и спросила настойчивым, но более мягким тоном:
– Что случилось?
– Не знаю, – несчастно произнесла Натали.
– Все шло прекрасно, а потом развалилось на части. Он хотел мне о чем-то рассказать, но боялся, а я боялась это услышать. Свидание даже по моим стандартам закончилось ужасно неловко, и я просто… сбежала. С тех пор от него ни весточки. Все? Счастливы? Потому что я – нет. – Она покачала головой, испытывая отвращение к самой себе. На глаза навернулись слезы. – И конечно же, я не могу не заплакать. Опять.
