– Моя очередь.
Его спина потемнела от синяков, и две резаные фиолетовые полоски на левом плече выглядели просто ужасно. Когда пена смылась, девушка провела по ним руками и пробежалась пальцами по темному пятну на животе. Она знала, что он дрался с Гарреттом. Повезло, что легко отделался. Могло быть гораздо хуже."
"Они не разговаривали, но Натали улавливала, как омерзение и ужас уходят прочь, оставляя за собой возбуждение. Эти ощущения, горячая вода, прикосновение рук Джулиана и его теплая кожа, прижавшаяся к ее… Даже постепенно стихающая боль на лбу.
Она наслаждалась всем этим, упивалась, чувствовала, как оно пытается вырваться наружу. Девушке хотелось смеяться или плакать, или и то, и другое одновременно. «Нет, я хочу большего…»
Она повернулась к Джулиану, и он поцеловал ее, прижимаясь ближе, мокрый и теплый. «Да, – подумала она. – Да всему: жизни, хорошему и плохому, боли и любви. Но особенно да ему, этому моменту, которого могло и не быть».
Поцелуй вышел страстным и глубоким под водой, кажущейся теплым дождем.
Открыв глаза, Натали увидела перед собой белые бинты у него на виске.
– Твои швы нельзя мочить, – выдохнула она.
– Мне все равно.
– А мне нет. – Она протянула руку за спину и выключила воду. – Отнеси меня в постель.
Джулиан отнес ее в постель, и они легко стали одним целым. Это было одним из многих движений, которое полностью соединило их. Парень лежал на ней, и вода струилась с его темных кудрей по щекам, словно слезы. Натали прервала поцелуй, чтобы взглянуть на него, запомнить его.
Глаза Джулиана поймали ее в свою призму голубого цвета, и у нее перехватило дыхание. Натали просто не могла отвернуться. «Позвольте мне навсегда остаться здесь…»
Он кивнул, словно бы слышал ее мысли.
– Я никогда не позволю тебе уйти.
Девушка отдавалась ему, делясь с ним своими жизненными силами и забирая его, пока не почувствовала, как переполняется любовью и чистой радостью из-за того, что просто осталась в живых. Удовольствие нарастало, а затем достигло пика для них одновременно, как подтверждение, как награда.
Натали засмеялась, а ее сердце вспорхнуло ввысь, когда она увидела яркую улыбку Джулиана, поскольку знала, что все будет хорошо.
Когда обжигающая страсть стихла и превратилась в теплое свечение, они остались лежать, не двигаясь. Только их губы шевелились, шептали и улыбались, и целовались, пока желание не проснулось вновь. Они отпраздновали во второй раз, а потом спали без снов и ничего их не преследовало.
