Под белой футболкой красиво играли мышцы, от парня буквально веяло мужской силой, здоровьем и молодостью. Нет, уж слишком он хорош, его никто и никогда не отнесёт к категории безопасных.
Так что, если Олег с ним встретится, единственный массаж, на который смогу рассчитывать, это стоять у выпирающего угла стены и как медведь о дерево тереться об него спиной.
Пока Стас устанавливал переносную кушетку, успела пять раз извиниться, что доставила хлопоты, но массажист уверил, что всё в порядке и мне не о чём беспокоиться.
Перед тем как снять халат и остаться в одних маленьких чисто символических трусиках, на всякий случай ещё раз посмотрела в окно, во дворе всё было тихо, спокойно, Горского на горизонте не наблюдалось.
Первые минуты ещё нервничала, ведь, помимо того, что мой массажист выглядит как секс-символ, я Олегу не совсем правду сказала по поводу, что конкретно мне массажируют. Да, на спину делался упор, но, вообще-то, это был полный массаж всего тела от головы и до пяток, потому как иначе боль не проходила.
Спустя же какое-то время с помощью волшебных рук Стаса и убаюкивающей музыки, которую он включил, расслабилась, улетела и даже иногда постанывала от удовольствия.
— Кира, понимаю, у тебя массаж, я звонил, твой телефон выключен, а мне срочно надо, — услышав голос Горского, испуганно раскрыла глаза, конечно, ничего интересного не увидела только в отверстии кушетки для головы пол, но зато красочно представила, какая потрясающая картина развернулась перед родственником.
Я лежу голая, трусы такие миниатюрные, что считать их за одежду – смешно, а мою правую ягодицу обеими руками сжимает красавец- блондин.
Твою же налево… ну почему так? Несколькими бы мгновениями раньше, и Горский любовался мною полностью прикрытой покрывалом, и как Стас колдует над затылочной зоной.
Глава 18
Вообще-то, ко мне обратился Олег, и по логике вещей я хоть как-то должна была отреагировать, например, как минимум поднять голову и на него посмотреть.
Но, конечно же, нет!
Каждую мышцу сковало, и я даже не шелохнулась.
— Добрый день, — в отличие от меня Стас не онемел и поздоровался с Горским, причём продолжив активно проминать мою попу. — Если у вас срочно, может быть мне прерваться и выйти?
— Сделайте одолжение, — вполне себе нормальную, а где-то даже вежливую фразу Горский с помощью голоса и интонации извратил до неузнаваемости, слова прозвучали как угроза с обещанием неминуемой и скорой расправы.
