Вслепую нахожу кнопку и опускаю стекло, чтобы вытравить ту самую любовь из салона и впустить морозный воздух. Но и открытый ветер не спасает. Роняю голову на руль.
Пары секунд не проходит, как слышу торопливые шаги. С трудом выпрямляясь, вижу у открытого окна Варю.
– Что еще, блядь? Зачем вернулась? – задвигаю крайне грубо. Не ожидал. Застала врасплох. Не готов я к новому кругу ада. – Ты еще не поняла, что я мудак? Иди, давай! – но злоба быстро кончается. Гребаные эмоции вспыхнули и погасли.
На исходе сил совсем другим тоном прошу: – Блядь, Варя… Просто иди.
– Я только хотела… – тихо, почти шепотом выговаривает она. – Хотела сказать… Я буду ждать, Бойка.
У меня все дергается – все мускулы на лице, кадык, грудная клетка, полный набор внутренних органов вместе с потрохами. Неподвижными остаются только ладони, ими я намертво сжимаю рулевое колесо.
Киваю, давая знать, что услышал. Потому что вербально дать знак, что услышал и понял, получается не сразу.
– Я позвоню, как только получится.
Тогда уже Варя кивает. Раза три точно. Поджимая губы, закусывает их изнутри. А затем разворачивается и стремительно удаляется. Смотрю вслед, пока не заходит в корпус.
Сердце – чертова мышца – с мучительным креном снижает высоту и неумолимо замедляется, достигая едва ли не полной остановки. Не просто приземляет. Прибивает к коре.
Глава 50
В том и проблема, что мы все просто «биологические».
© Варвара Любомирова
– Дочь, а почему бы тебе не стать Бойко? – выдает в один из дней мама.
До этой фразы слушала ее болтовню вполуха. Кое-что подмечала чисто для себя, но по большей части о своем думала. Даже не пыталась делать вид, что по-настоящему увлечена этой беседой. В окно на падающий снег смотрела и задавалась вопросом – надел ли Кир шапку? Где он? Чем занимается? Думает ли обо мне?
Мамин вопрос не то чтобы из анабиоза выводит, меня будто ледяной волной окатывает.
– Что? – глухо выдыхаю, едва удается сфокусировать взгляд на ее лице.
– Я понимаю, что тебе девятнадцать, и это вовсе необязательно. Но Ренат обмолвился, что хотел бы этого. Думаю, это укрепило бы семейные отношения…
– Боже, ты серьезно сейчас?
Когда до меня доходит, каким путем я, по их мнению, должна стать Бойко, прихожу в негодование так же резко, как секунду назад вошла в шоковое состояние.
– А что? – искренне удивляется моему недовольству мама.
