Этот мужчина вел себя чрезвычайно самоуверенно — и все же Джослин не отвергала его внимания. Ей нравилось, что она не может управлять им, как другими, что он не лебезит перед ней в отличие от большинства мужчин.
За исключением, конечно, ее жениха, который редко вообще обращал на нее внимание.
Эта неприятная мысль придала Джослин храбрости. Она постаралась справиться с приливом страха, когда Кристофер уселся напротив нее, вынул из серебряного ведерка, установленного рядом со столиком, бутылку шампанского и налил обоим по бокалу.
Он поднял свой бокал, дождался, чтобы Джо сделала то же, и отпил небольшой глоток, смакуя напиток.
— Превосходный выбор. Но, зная ваш вкус, я не удивляюсь. — Он поставил бокал на стол. — Я пришел сюда по вашему приглашению. Возможно, я и ошибаюсь, но мне не верится, что вы предложили эту встречу просто для того, чтобы насладиться прекрасной кухней. Зачем вы попросили меня прийти?
— Вы не признаете недоговоренностей?
— Совершенно верно.
Джослин отпила немного шампанского, решая, как ей следует себя вести.
— Ладно, тогда я буду говорить прямо. Я много об этом думала и решила, что мне хотелось бы, чтобы мы стали любовниками.
Темно-карие глаза Кристофера стали почти черными. Взгляд скользнул по ее лицу, и Джо ощутила легкую дрожь.
— А вы не ходите вокруг да около.
— Не вижу смысла.
— И я тоже. Но должен признаться, что для меня это стало неожиданностью. Вы ведь еще девушка. По крайней мере мне кажется, что это так. Ваш муж будет рассчитывать на то, что вы достанетесь ему девственницей.
Джослин немного покраснела.
— Я выхожу замуж не ради страсти. Мне хотелось бы перед этим познать истинную страсть. И мне кажется, что с вами я ее смогу испытать.
Глаза Кристофера загорелись.
— Вы ведь понимаете… что при наших обстоятельствах… если мы даже изберем такой путь, все, что между нами будет, ничем не закончится. Желание — это единственное, что между нами будет общего.
— Ход моей жизни уже предопределен, — ответила Джослин. — От вас, Кристофер, мне и нужно только желание.
Он внимательно посмотрел на нее, словно оценивая возможные последствия, перед тем как принять решение, а потом резко отодвинулся от стола и поднялся. Схватив Джослин за руку, он притянул ее к себе и крепко обнял.
— Страсть и наслаждение, — прошептал он у самого ее уха, — это единственное, что я могу вам дать. Если этого достаточно…
Он осыпал ее шею нежными поцелуями, от которых у Джослин по коже побежали мурашки.
