— Я приплачу вам, если вы меня подождете. Я ищу одного человека. Надеюсь найти его здесь, однако не уверена, что получится.
Извозчик с сомнением огляделся вокруг: бездомный пес нюхал отбросы, наваленные у поворота в переулок, на углу дежурила явившаяся на работу шлюшка, а из дверей «Жирного вола» вывалился пьяный и шатаясь ковылял по тротуару.
— Заплачу вдвое, — пообещала Лили, заметив сомнение извозчика.
— Ладно, мисс. Только не задерживайтесь.
Она кивнула:
— Вернусь сразу же.
В зале шумели и горланили.
Многие посетители были пьяны, хотя полдень еще даже не наступил.
Лили решительно расправила плечи и прошла к стойке.
— Джолли! — окликнула она внушительного мужчину, которому принадлежала пивная. — Джолли, это я, Лили Моран!
Он уставился на нее разинув рот, с первого взгляда оценив модную одежду Лили. Даже этот простой наряд был гораздо лучше всего того, что она носила, когда жила в комнате наверху.
— Господи, малышка, глазам не верю! Лили, это ты?
Лили засмеялась.
Джолли ей всегда нравился.
— Это я, хоть и повзрослела и выгляжу по-другому. Я пришла повидать дядю. Он, случайно, не продолжает жить наверху?
Джолли помотал своей большой головой.
— Извините, мисс. Старина Джек съехал год назад. Нашел себе что-то получше дальше по улице.
Лили обрадованно спросила:
— А где точно, не скажешь?
Он объяснил ей, как найти Джека Морана, и она поспешно вышла на улицу. Снова сев в карету, Лили сказала извозчику новый адрес, и кляча понуро побрела к их следующей цели — трехэтажному дому с вывеской «Пансион миссис Мерфи».
— Я постараюсь скоро вернуться, — сказала Лили, выходя из кареты.
Открыв двери пансиона, она вошла в дом. Пока она шла к лестнице, старые половицы протестующе скрипели."
"— Комната номер два, — сказала она себе и, приподняв подол, поднялась на второй этаж.
Пансион нельзя было назвать хорошим, но он был намного лучше, чем их мансарда над таверной: тут на стенах были бумажные обои, а лестницу освещала чугунная лампа.
Лили постучала в дверь комнаты, но ответа не было. Она постучала снова, громче — и услышала за дверью шаги. Через несколько мгновений дверь широко распахнулась. На пороге стоял Джек Моран, худой и жилистый. Его поседевшие волосы торчали во все стороны, словно он был спросонья.
Джек любил азартные игры и выпивку, и хотя он изменил свои привычки, пока растил Лили, теперь, судя по всему, вернулся к прежнему образу жизни.
